Шаги становились всё громче. И вдруг затихли.
– Кто здесь? – спросил Генри.
Проклятие! Он нас учуял, мы же тоже оборотни. Может, он и сам не понимал, почему ему кто-то мерещится. Я не рискнул послать мысленное сообщение Фрэнки: а вдруг Генри его услышит, даже будучи в человеческом облике?
Генри подождал ещё немного и пошёл дальше. Я повернулся к Лу и едва не рассмеялся. От страха она частично превратилась: рядом со мной сидела самка вапити с человеческими руками и ногами.
Но мне тут же стало не до смеха – Лу отпрянула от меня, в её карих глазах я увидел ужас.
– Что случилось? – тихо спросил я, но сразу же догадался сам. Я тоже частично превратился: изо рта у меня торчали огромные клыки. Я испуганно отвернулся и снова принял облик человека. Как такое могло произойти?! Ну да, я проголодался – но неужели я подсознательно почуял в ней добычу? Может, даже лучше, что она меня боится?
Лу превратилась обратно в девушку и привела в порядок свою одежду. Мы продолжали сидеть за деревом, не смея взглянуть друг на друга и не произнося ни слова.
Наконец Лу смущённо улыбнулась:
– Только не говори отцу. О том, что случилось. Мои проблемы с превращениями он воспринимает как личную обиду.
– От меня он ничего не узнает, – пообещал я.
– Фрэнки, мне кажется, он ушёл, – сообщил я нашему товарищу, и уже в человеческом обличье мы все втроём отправились обратно в интернат.
На следующий день мы сыграли с Фрэнки, Холли и Брэндоном в баскетбол и испекли шоколадное печенье для выполнения следующего пункта нашего плана – знакомства с семьёй Генри.
Лу должна была стать приманкой.
Мы с Фрэнки прогуливались туда-сюда по тротуару и не спускали глаз с Лу – она как раз звонила в дверь Уилкинсам. Так, внимание, дверь открывается! В щёлку выглянул седой мужчина с мрачной физиономией. Лу робко предложила печенье, мужчина в ответ лишь отрицательно мотнул головой. И всё – дверь снова захлопнулась.
– Отец точно не оборотень, я ничего не почувствовала, – доложила Лу, вздохнув, и протянула нам корзинку с печеньем.
Я тут же выкинул вперёд руку – и ударился о кулак Фрэнки.
– Эй, пума, не гони! – прикрикнул на меня этот прохвост и схватил сразу два печенья. В другой руке он держал смартфон и что-то в нём искал. – Кстати, у Генри два старших брата, Роб и Боб, – сообщил он. – Я нашёл их на странице школы, они в прошлом году закончили учёбу.
Он повернул телефон экраном к нам и показал фотографии класса.
– Генри явно нелегко приходится, – сказала Лу.
