Опасное материнство. Семья для сироты (СИ)

Тебе сложно понять, что все может решаться законным образом и преступника рано или поздно накажет полиция.

Я замолкаю, поймав на себе пристальный и долгий взгляд Эмира. Он выглядит так, словно Эмир разговаривал не со мной, а с ребенком, который только что пытался рассказать ему про устройство мира. Боже, бесполезно.

— Вот в этом наше отличие. — бровь Эмира медленно приподнимается. — Тебя воспитал отец-полицейский, который , видимо ,настолько любил свою дочку, что решил убедить ее в том, что мир очень хороший и правильный.

Ты ошибаешься, Лия.

— Ни в чем я не ошибаюсь. — бурчу я. — Тебя, такого умного, едва ведь не поймали в детстве, как говорил мой отец.

Бровь взлетает еще выше.

— Тебя ничего не смущает? Едва не поймали мелкую шпану. Ямпольский позже позаботился о том, чтобы очистить мою репутацию. — произносит Эмир. — Как думаешь, насколько опасны люди, которым не может сделать ничего полиция? Я бы не хотел, чтобы ты столкнулась даже с кем-то вроде меня из прошлого.

— В итоге я столкнулась с тобой настоящим.

— фыркаю я. — Тебе просто везет, что я легко прощаю людей и еще ни разу не позвонила папе, чтобы пожаловаться на тебя. Будь я злее, и мой папа уже бы звонил знакомым, которые бы накопали на тебя много чего, чтобы схватить...

Эмир сначала фыркает, оборвав мою тираду, а потом тихо смеется. Я в ответ закатываю глаза.

— Да ладно, Лия. Можешь позвонить и пожаловаться. Хочу посмотреть на твое лицо, когда ты поймешь, что сильно ошиблась.

— Я не хочу портить жизнь людям ради проверки.

— отвечаю я. — Поэтому все, что я у тебя прошу - оставить меня в покое, Эмир. И все. Не пользуйся моей мягкостью и добротой.

Он заканчивает смеяться через какое-то время. Машина продолжает стоять на парковке, и автоматический свет гаснет, погружая нас в полутьму. Только какой-то фонарь вдалеке, где только что прыгнула в свою машину худенькая девушка, продолжает тускло освещать часть лица Эмира, ставшего внезапно задумчивым.

— Нет. -- произносит он внезапно.

— Тебя я уже в покое не оставлю, Лия.

— Значит, однажды я разозлюсь. Будет очень жаль, когда из-за меня у бывшего лучшего друга появятся проблемы. И я не хочу, чтобы у моего ребенка был формально отец-уголовник. — я тяжко и наигранно вздыхаю. — Эмир, что ,если он вырастет и решит пойти работать в полицию, например? Его же не возьмут, и ты сломаешь ему жизнь.

— Господи, Лия. — Эмир со смешком зарывается рукой в темные волосы. — Прекрати. Поехали.

“Поехали”.