Опасное материнство. Семья для сироты (СИ)

Будто бы это я продолжаю сидеть за рулем и смеяться, издеваясь над собой, вместо того, чтобы, наконец, тронуться и поехать. Только тратим время. Я тоже смотрю на телефон и вижу внезапно одно входящее сообщение в мессенджере. Таня М? Это же моя бывшая одноклассница.

Э-э-эм... Почему-то под лопатками начинает как-то неприятно холодеть.

Боже, стукните меня. Когда это я такое говорила? Я всегда говорила, что не люблю встречи одноклассников, они навевают на меня тоску. Я хочу запомнить этих людей детьми, а не грустными взрослыми!

Я пытаюсь вспомнить наш разговор, но в голову ничего не приходит.

Таня звонила мне, когда я была на работе, и так быстро тараторила, пока я отпускала товар покупателю, что ,вероятно, я и ляпнула что-то невпопад...

Я кошусь в сторону Эмира. Ну, скажем так, не все... Но ладно, Эмир действительно не был на выпуском, когда все обменивались номерами, чтобы не потерять друг друга, поэтому он единственный потерялся. Но неужели все остальные с радостью ходят на эти встречи? О, Боже.

Я: Хорошо, я постараюсь.

..

— С кем ты так активно переписываешься? — я вздрагиваю, когда замечаю, что Эмир бросает взгляд в экран моего телефона и судорожно прячу его.

— Ни с кем. Друзья.

— Лия? — кажется, я впервые замечаю, как между бровями Эмира появляется подобная этой озадаченная морщинка.

— Это правда друзья, и вообще ,мы не пара, чтобы ты заглядывал мне в телефон. Могу переписываться хоть с мужчинами. — бормочу я, закрывая чат и гася экран.

Эмир ведь тоже бывший одноклассник. Должна ли я ему говорить об этой встрече, да еще и накануне? Будет некрасиво, если я утаю.

..Но, черт, что, если на встрече он случайно скажет, что я беременна от него? Я не хочу становиться участником шоу “Личная жизнь нашей бывшей одноклассницы”. А шоу будет, потому что либо мы с Эмиром не поженимся, и это вызовет много вопросов, либо, если вдруг земля налетит на небесную твердь и я надену белое платье, наш брак не продлится долго, а мой телефон завалят фотками Эмира с другими девушками. Хоть к гадалке не ходи.

Оставшееся время мы проводим в подозрительном молчании. Эмир завозит меня за морковкой и другими продуктами, и даже больше не заводит разговоров о загранпаспорте, после чего мы возвращаемся в его дом.

— Эм. — произносит Эмир, когда мы подходим к его квартире. Я оборачиваюсь и смотрю на то, как он сверлит взглядом фортепиано, стоящее у двери. Ох, черт...Забыла сказать. — Это чье?

— Аринино. — вздыхаю я и нажимаю на звонок. — Оно не влезло в дверь.