Опасное материнство. Семья для сироты (СИ)

— произносит Егерь, и, залпом выпив тот ужас, который заварил, ставит чашку в раковину. — Тогда сейчас поедем. Я-то думал, что придется ждать, пока ты соберешься. Олеська! Давай одевайся! — кричит он, а я подпрыгиваю.

— Тихо, Арина же спит!

В окнах мелькает свет фар. То ли соседи приехали, то ли кто-то к Егерю решил заехать в гости. Вроде бы тот самый Рома обещал это сделать, которого тошнило со мной на заднем сиденье.

— Кого там принесло? — тоже реагирует Егерь.

На кухню, шурша верхней одеждой, заходит сестра Дани.

Она одета в широкие джинсы, свободную, темную толстовку и в безразмерную куртку, небрежно слезающую с плеч. На голове у нее красуется милая плюшевая панамка розового цвета, на которую тут же падает взгляд Егеря и мужчина хрюкает.

— Ты реально в таком виде хочешь поехать?

— А? — девушка растерянно смотрит на него, а потом трогает панамку на голове. — Да. А что не так?

— Да чего-т... Не знаю даже. В мое время девушки как-то интереснее одевались, а сейчас как бездомные.

Куда панамка-то зимой, а?

— Да она же теплая. — дергает плечом сестра Дани. — Сейчас все так ходят.

— Теплая панамка. — Егерь снова издает странный звук и начинает тихо ржать в кулак. — Блин, мда... Ладно, погнали. Пусть Даня тебя воспитывает, я пас.

Они уходят, а я включаю воду в раковине, чтобы помыть кружки. Арина, вроде бы, продолжает спать на втором этаже, потому что если бы крики Егеря ее разбудили, она была бы здесь через пару секунд после пробуждения.

К Егерю, похоже, реально кто-то заехал в гости, потому что я слышу сквозь шум воды, как он с кем-то болтает.

Затем хлопает дверь, я выключаю воду, поставив кружки сушиться, и, вытерев руки, разворачиваюсь к двери, тут же влетев со всей силы в мужское тело.

— Мама! — взвизгиваю я от неожиданности. А потом ахаю, увидев, что передо мной Эмир.

Эта дылда стоит, приложив руку к груди, туда, куда я влетела головой, и на его лице поистине мучительное выражение. Я тут же опоминаюсь.

— Боже, прости! Больно?

— Нормально.

— произносит Эмир, открыв глаза. По его лицу вижу, что не нормально, и вмазала я от души по месту, где у него была рана. Не хватало еще его повторно отправить на больничную койку своими же руками.

— Какого фига ты так тихо появился?! Предупреждать надо!

— Какого фига ты ни разу не заехала ко мне в больницу?

Я приподнимаю брови в ответ на этот внезапный вопрос.

— А что, было надо? — интересуюсь я, а Эмир тоже изгибает бровь.