Опасное материнство. Семья для сироты (СИ)

Кстати, ты прислал мне слишком много денег, так что скажи мне номер карты - я верну их. А сейчас я вызову такси.

На лицо Эмира наползает мрачная тень.

— Эта сумма вся твоя. Я платил за срочность и еще за сломанный телефон. И заплачу еще больше ,если ты будешь оставаться с ней на ночь.

Его взгляд прямо-таки впивается в меня. Судя по всему, Эмир не привык, чтобы ему отказывали.

— Я не люблю переходить так быстро к угрозам. — произносит он. — Так что останься добровольно.

К угрозам? Мне хочется закатить глаза и устало вздохнуть.

— А тебе нечем угрожать. Извини. — пожимаю я плечом, а потом, не сдержавшись, зеваю. — Спокойной ночи, Эмир. Скажи только, к какому времени мне подъехать завтра. Дети обычно просыпаются около семи-восьми утра, учти это, и, пожалуйста, не бросай Арину одну.

Отвернувшись, я ухожу в прихожую, где надеваю пальто и сапоги. Эмир появляется передо мной и загораживает дверь только когда я, застегнувшись, тянусь к ручке.

— Пожалуйста. — произносит он, а у меня едва не вырывается смешок. У него такой тон, будто бы это была не просьба, а приказ. Впервые встречаю человека, который так может произнести “пожалуйста”!

— Нет, Эмир. — качаю я головой, и прибегаю ко лжи: — Тем более, кажется, я съела что-то не то сегодня и меня тошнит. Мне нужно принять лекарство и отдохнуть.

— Ладно. — в этот раз он все-таки отступает, и достает телефон, посмотрев на экран. — Но отвезет тебя не такси, а мой подчиненный.

С этим у меня уже спорить нет сил, и я просто устало киваю. Тем более, что такси в это время мне влетит в копеечку.

На парковке меня встречает большая черная машина, в которой сидит тот самый большой мужчина-шкаф по прозвищу Егерь. Он смотрит на меня исподлобья уставшими покрасневшими глазами, под которыми намечаются темные синяки и кивает:

— Буду благодарен, если поторопишься.

— Хорошо. — произношу я мирно, хотя, из-за тошноты я стараюсь помедленнее перебирать ногами: так меньше укачивает.

Сев в машину, я пристегиваюсь ремнем безопасности, а машина уже трогается с места. Я украдкой посматриваю на мужчину: похоже, Эмир плохой начальник. Время уже позднее, а этот человек все еще выполняет его поручения, которые явно не относятся к работе. К тому же, его глаза выглядят так, словно вот-вот закроются и он уснет прямо за рулем.

— Как же я хочу, чтобы этот день закончится... — едва слышно бормочет Егерь себе под нос.