Опасное материнство. Семья для сироты (СИ)

Потому что я уже знаю, что этот внешне холодный и колючий человек может быть другим.

— Что? — он смотрит на меня, и я вначале думаю, что он подслушал мои мысли ,но потом понимаю, что это реакция на мое восклицание.

— Эмир, она еще ребенок. Ничего страшного не случилось и не надо с ней обращаться так грубо.

— Она это заслужила.

— Что-то случилось? — я напрягаюсь и, взяв Арину за руку, завожу в квартиру. Эмир отодвигается, прикрыв за нами дверь, а я, увидев стену в коридоре, ахаю. — Боже!

— Это еще не все. — с острым сарказмом в голосе комментирует Эмир, пока я в шоке смотрю на ранее белую поверхность, изрисованную чем-то черным.

— Скажи, во сколько она проснулась?

Значит, Эмир уже имел счастье провести целый час времени с не самым спокойным ребенком. Я бы ему посочувствовала, если бы он относился к Арине с заботой, а не так пренебрежительно. А тут я еще не знаю, кого из них нужно жалеть.

— Почему ты ее не одел? — вырывается у меня вопрос. — И не причесал...

Эмир смотрит на меня с холодом в глаза, и складывает на груди руки. Его белая рубашка натягивается, подчеркивая мышцы на плечах и руках, и я, не выдержав, отвожу в первые секунды взгляд, но потом думаю, что это будет подозрительно. Эмир хорошо читает чужие эмоции, и я не хочу лишних вопросов и подозрений.

— Я не умею одевать и расчесывать детей. Разве это не твоя забота теперь? — произносит он. — Я плачу тебе большие деньги за этого ребенка, так что займись ею без лишних вопросов.

Он внезапно делает шаг ко мне, практически прикасаясь своим телом, и, не сводя взгляда, наклоняется ближе.

— Если тебе нужно будет что-то купить... —- продолжает он, как ни в чем не бывало, пока я не зная, куда деваться, замираю и таращусь на него. Что... он... делает?! Почему между нами стремительно сокращаются оставшиеся сантиметры, и какого черта его лицо так близко, что я почти чувствую, как он дышит?! — .

Это?! Что использовать?...

Позади раздается шорох, а потом Эмир выпрямляется и поднимает перед моим лицом зажатую между указательным и средним пальцем банковскую карточку.

— Что с твоим лицом? — интересуется он.

Я, наконец, вспоминаю, как дышать, и медленно бросаю взгляд за свое плечо.

Ах, там гардеробная открытая. Он просто достал из куртки карточку, а я успела уже надумать непонятно что. Боже.