Как этот бизнесмен, обычно сдержанный и невозмутимый, вёл себя в ресторане! За столом уставился на Дашу, прямо пожирал её глазами, а когда девушка отправилась в дамскую комнату, вдруг набросился на него, Алекса, с какими-то ханжескими обвинениями.
— Купи ей кольцо, пусть все видят, что девушка помолвлена.
— Хорошо, папа. Думал, может, пусть сначала подучит итальянский. Пока она ещё язык не освоила. Увы, способностей никаких. Девочка немного тормозит, — улыбнулся Алекс.
— Да я тебя умоляю! Пусть тормозит, тебе нужна умная жена? Дома ей и русского хватит.
Ты говоришь, мама говорит, этого достаточно. А если глупышка не сможет прочитать брачный контракт, нам же проще! — Синьор Манчини засмеялся и метнул на сына хитрый взгляд. — Но я понимаю, почему ты тянешь, Алекс. Боишься потерять свободу?
— Есть немного, папа.
— Ты привык ни от кого не зависеть, это понятно. Но не переживай. Да, брак, семья — это святое. Но даже в браке время от времени можно делать то, что хочешь, — старший Манчини улыбнулся, как кот, налопавшийся сметаны.
— Папа! — укоризненно посмотрел на отца Алекс. — Прекрати. Ничего не хочу слышать. Ты же не изменяешь маме!
— Боже упаси! — сделал страшные глаза папаша. — Я далёк от подобного кощунства, твоя мама для меня святая. Но… Ты уже большой мальчик и всё сам прекрасно понимаешь. Это всего лишь вопрос терминологии. Что считать изменой? Темпераментному мужчине всегда необходима дополнительная подпитка, но разве это можно назвать изменой? В общем, Алекс, давай назначим дату и начнём подготовку к свадьбе.
Подари девочке кольцо, привези её сюда. Она прелесть.
— Да, она прелесть.
Глава 18
МАТВЕЙ
Похоронив на участке собаку девушки, он бросил своеобразный якорь. Теперь у них с Дашей уже было что-то общее, их что-то объединяло. Как бы ни сложились их отношения, мысленно девушка всё равно будет возвращаться туда, где под сосной, рядом с безобразником Фрэнсисом лежит её любимая Бонни. Боль, вызванная утратой питомца, постепенно утихнет, но останутся ещё и другие воспоминания — их сон в обнимку, головокружительный секс, прогулки по холодному осеннему лесу, обжигающие поцелуи, нежность.
На ужин Матвей зажарил огромные стейки, сделал греческий салат. Оба умирали с голоду. Пока готовил, Даша сидела за столом, рассеянно наблюдала за ним, накручивала на палец длинную прядь тёмных волос, о чём-то размышляла.
Совсем не болтливый ребёнок. Это так мило.
— Тебе идёт мой халат, — сообщил Матвей и поставил перед юной гостьей огромную тарелку.
