Такая искренняя, доверчивая, бесконечно милая…
Матвей посмотрел в сияющие Дашины глаза, в который раз удивился их синему цвету. Но сегодня они приобрели новый зеленоватый оттенок, наверное, благодаря аквамариновому платью, видневшемуся под распахнутым плащом.
Возможно, это подарок Алекса.
Матвей мысленно издал возмущённый рык. Это было рычание зверя, заметившего, что посягают на его самку. Пошёл на х** этот Алекс с его подарками! Платье, конечно, очень красивое, и Даше оно идёт. Но с её внешностью ей всё к лицу.
— А как вчера дома всё прошло? Марина задавала много вопросов? — Матвей накрыл тяжёлой ладонью маленькую Дашину руку. Потом спустился ниже, сжал круглую коленку.
— Нет. Она спрятала Боннины игрушки, коврик… Не хотела, чтобы я всё это увидела и начала рыдать. Я так ей за это благодарна. Я действительно боялась зайти в квартиру и увидеть пустую Боннину лежанку.
— Молодец Марина, сообразила. Когда у нас умер кошак, мы ещё долго натыкались на его барахло — мыши там всякие, мячики.
И каждый раз нож в сердце… Дашенька, послушай. Я всё-таки хочу, чтобы ты взяла у меня карту. Мало ли что, вдруг срочно понадобятся деньги.
Он достал и протянул Даше ту самую золотую карточку, от которой она однажды гневно отказалась. Но теперь нет смысла обсуждать его решение. Матвею будет спокойнее, если его маленькая женщина не будет нуждаться в деньгах.
— Пинкод запомнишь? Двадцать пять ноль восемь.
— Хорошо, — кротко согласилась Даша и сжала в ладони пластиковый прямоугольник.
— Спасибо. Возвращайся поскорее.
Матвей обрадовался, что она не стала протестовать.
— Не хочу, чтобы ты уезжал… Я буду скучать.
— Я тебе позвоню. Думаю, два-три дня пролетят мгновенно.
— О, надеюсь, — грустно сказала Даша. — Но что-то не очень верится.
— К понедельнику вернусь. Ну, уж ко вторнику — точно. Всё, я поехал, милая моя девочка.
Они обменялись быстрым поцелуем. Машина стояла на парковке, мимо то и дело проходили люди, направлялись к своим автомобилям.
Вроде бы и нечего было стесняться, но сидят как в аквариуме. Даша чувствовала себя неловко.
Расстались, испытывая сожаление. У Матвея было ощущение, что он вырывает что-то с корнем, как будто за несколько дней он уже намертво прирос к этой девчушке. Даша тоже выглядела расстроенной.
Помахав чёрному «крузеру», она уныло поплелась к крыльцу бизнес-центра. Матвей проводил её взглядом в зеркале заднего вида и, подавив вздох, поехал в офис.
