Опасность

Повторяю: я уверен, что именно вы убили Рингкросса и Оксенхема, — этого достаточно.

— Вы не можете знать наверняка.

— Повод для убийства был только у вас, — тихо сказал Себастиан.

— Не у меня, а у вашего кузена, — возразил Келинг. — Он мстил за шлюху из таверны.

— Он никого не убивал, он узнал о жестокости «принцев целомудрия», которые замучили Лилиан, только сегодня, когда я ему об этом рассказал.

Келинг яростно раздул ноздри.

— Откуда такая уверенность, что убийство — не его рук дело?

— Допустим, интуиция. — Себастиан небрежно положил руку на колено.

 — Но это не важно. Если бы я считал, что Джереми убил Рингкросса и Оксенхема, чтобы отомстить за Лилиан, я не стал бы вмешиваться в расследование.

— Но ведь речь идет об убийстве, — быстро проговорил Келинг.

— Ну и что? Они заслуживали смерти. Если бы их убил Джереми, я постарался бы проследить, чтобы он не оставил на месте преступления никаких следов.

Джереми с недоумением посмотрел на него.

В глазах Келинга вспыхнула ярость.

— Черт побери, Эйнджелстоун! Вы хотите сказать, что защитили бы Флитвуда от блюстителей закона, даже если бы он совершил убийство?

— Предпочитаю не делать огульных утверждений, — заметил Себастиан.

 — Однако смею вас уверить, что не собираюсь отдавать своего кузена в руки правосудия из-за этих убийств.

— Не могу поверить — вы встаете на защиту Флитвуда! — рявкнул Келинг. — Всем известно, как вы ненавидите своих родственничков.

— Признаюсь, я не испытывал большой любви к отдельным представителям моей семьи. Но я презираю их не так сильно, как мужчин, похищающих и насилующих юных беспомощных девушек.

Келинг стукнул по столу кулаком с такой яростью, что задрожала ваза:

— Она была девкой! Какого черта вы ее сюда впутываете?

— Похоже, вы не понимаете, — заметил Себастиан. — В этом деле самое главное — Лилиан.

— Я вам не верю! — выпалил Келинг. Джереми сжал руки в кулаки.

Себастиан поймал себя на том, что начинает испытывать к Джереми что-то вроде уважения.

— Но вы ничего не можете доказать, Эйнджелстоун.

 — Келинг допил коньяк и резко отставил рюмку. — Абсолютно ничего.

Себастиан улыбнулся своей невеселой улыбкой:

— А нам и не нужно ничего доказывать. Вы сами признались в том, что купили Лилиан у ее дяди. Признались и в том, что изнасиловали ее. Этого достаточно.

— Достаточно для чего? — насмешливо спросил Келинг. — Ни один суд не признает меня виновным в изнасиловании. Во-первых, все это случилось три года назад, а во-вторых, она была обыкновенной шлюхой.