Как мне сейчас выкрутиться? Я должна бороться с дочкой, с Богданом, с собственным обжигающим желанием.
Нет, не могу… Будь что будет. Да, так и запишем: у меня нет гордости, у меня нет силы воли. Я просто слабая женщина, истосковавшаяся по любви и ласке.
– Если переживаешь, что коллеги следят, можно что-нибудь придумать, – говорит Богдан. Я снова, как и в прошлый раз, когда мы ехали к нему домой, вздрагиваю от того, что он читает мои мысли.
– Обманывать нехорошо.
– Это ложь во спасение, – усмехается Богдан.
– Ничего страшного.
– И что, например, я могу сказать? – спрашиваю тихо, глядя на мужчину в зеркало. Надеюсь, Маруська не поймёт, о чём мы говорим.
– Например… В нашем комплексе отличная семейная клиника. Вдруг вам срочно понадобилось к стоматологу, или педиатру, или ортопеду? Мышцу никто не потянул? – улыбается Богдан. – А, Марусь?
– Какую мышцу? Зачем её тянуть? Я её не тянула! – кричит Маруся.
– И зубы не болят?
– Дядя Богдан, что за глупости ты говоришь! Зубы у меня не болят, потому что мама не даёт мне конфет!
– Какая суровая у тебя мама, Марусь.
"
"– Не-е-е-е, она хорошая, она самая лучшая! – дочка приваливается ко мне и обхватывает руками. – Самая красивая, самая добрая, самая заботливая! А тебе я тоже рекомендую есть поменьше конфет, чтобы не болели зубы. Заодно и денег сэкономишь, дядя Богдан. Конфеты дорогие.
– Спасибо за совет, Маруся.
– Пожалуйста!
Я против воли улыбаюсь. Эта сладкая парочка быстро нашла общий язык. Складывается впечатление, что мой босс запросто установит контакт с любой представительницей женского пола, независимо от возраста.
Снова вспоминаю, как он соблазнял меня в «Небе». У него это очень ловко получилось…
Глава 13
КРИСТИНА
И вот я снова в бескрайних апартаментах Богдана. Думала, уже никогда сюда не попаду. Маруся изумлённо оглядывается.
– Это правда-правда твой дом, дядя Богдан? Ты живёшь во дворце! Ты принц, наверное?
– Конечно, я принц, Маруся. А ты сомневалась? – улыбается Богдан и снова подхватывает мою дочь на руки и трётся носом о её носик-пуговку.
От этого жеста у меня в груди обрывается какая-то струна. Зачем он это делает, так нельзя! Раздаёт авансы, а мне потом расхлёбывать? Как я объясню Марусе, почему добрый дядя директор больше не дарит слаймы и не приглашает в гости?
Но… Сама виновата. Надо было проявить твёрдость и отказаться.
– Давай мы с тобой сейчас выберем и закажем пиццу, а мама пойдёт примет душ, она хотела, – говорит Богдан.
