Потом заставляет меня облокотиться на мраморную столешницу раковины, но когда я совершенно безвольно утыкаюсь лбом в скрещенные руки, он тянет меня за волосы, вынуждая поднять голову – хочет, чтобы я смотрела на нас в зеркало. Кладёт горячую ладонь на поясницу, потом сжимает мои ягодицы и упирается в меня твёрдым раскалённым орудием. Даже несколько раз проводит вверх-вниз по промежности, делает это медленно, наблюдая за моей реакцией.
Я тоже смотрю на наше отражение. У меня безумный взгляд, я не могу скрывать своих чувств.
Невероятно хочу этого мужчину, хочу прямо сейчас, до слёз, до крика.
Отодвигаюсь назад, пытаюсь заставить Богдана наконец-то войти в меня. Что же он медлит?! Но коварный партнёр только ухмыляется и продолжает играть со мной. Одновременно включает на полную мощность кран раковины, видимо, чтобы создать шумовую завесу.
Я кусаю губы, чтобы не закричать от отчаяния и страсти. В венах плещется огонь, а там, где в меня упирается, не проникая внутрь, каменный член, всё ноет и пульсирует от бешеного желания.
Я обессиленно снова утыкаюсь лицом в локоть, но Богдан опять не позволяет мне спрятать лицо, снова тянет за волосы.
В зеркале сверкает мой умоляющий взгляд.
– Ты хочешь что-то мне сказать? – интересуется мучитель.
– Пожалуйста, Богдан, пожалуйста, – отчаянно шепчу я. – Возьми меня скорее, я больше не могу ждать. Давай же, трахни меня изо всех сил, ну что ты тянешь, чёрт бы тебя побрал!
– Вот это мне очень нравится, – хрипло шепчет в ответ мужчина.
И это происходит – он вторгается в меня одним резким движением, вызывая мгновенную сладкую судорогу всего тела. Я изо всех сил сдерживаю вопли, пока Богдан двигается во мне. Это огненный ураган, он захватывает и порабощает. Хочется кричать изо всех сил, но нельзя, за стеной ребёнок… Мы настолько взвинчены, что развязка неотвратима, она уже близко. Но мой варвар виртуозно удерживает меня на острой грани оргазма, чуть замедляясь, не позволяя соскользнуть в пылающую пропасть.
Я упираюсь ладонями в стену с зеркалом и подстраиваюсь под ритм толчков, от этого ощущения ещё ярче.
Несколько заключительных сокрушительных выпадов – и мы оба содрогаемся от взрыва. Блаженный спазм опаляет наши туго сплетённые тела. Богдан наклоняется вперёд и сжимает меня в охапке, а лицом утыкается в мою влажную спину…
Проходит минута. Мы всё ещё не разъединились, но уже успокоились и восстановили дыхание. Я лежу грудью на столешнице, Богдан навалился сзади.
