Опасный маршрут

В общем, Потапов был уверен, что Окаемов и есть тот человек, которого сбросили над Черным бором и которого он обязан найти. И его раздражало, что полковник Астангов до сих пор придерживается, как он говорит, «двух версий при возможности и третьей». Вот и сейчас полковник снова заговорил об этом…

– Проанализируем, товарищи, первую из этих версий, для нас самую удобную. – Полковник даже не взглянул на Потапова, но все поняли, что подчеркнуто сказанное им слово «удобную» адресовано именно ему. – По этой версии, сброшенный в Черном бору человек является убийцей тракториста Любченко и жильцом Гурко.

И что он же был на приеме у Вольского и пытался добыть его именной бланк. И что он же затем, испуганный посещением мастера Горбылева, скрылся. И что его фамилия Окаемов. И что он тот же Окаемов, который в сорок первом году был взят в действующую армию и числится убитым.

– Так это и есть, – тихо сказал Потапов.

– Возможно, возможно, – миролюбиво согласился Астангов. – Подчеркиваю – возможно. Но разве вы имеете одно хотя бы косвенное доказательство, что сброшенный в Черном бору диверсант и Окаемов это одно и то же лицо?

– А то, что Окаемов появился у Гурко в то же воскресенье, когда был сброшен диверсант! – горячась, ответил Потапов.

 – Наконец, мотоцикл тракториста, оказавшийся в городе в то же воскресенье!

Слушая Потапова, Астангов согласно кивал головой, а потом сказал:

– А давайте-ка представим себе такую ситуацию: вражеской разведкой задумана диверсия против института Вольского.

Как мы понимаем, этот объект для них крайне важен. И как мы знаем, именно здесь они уже имели скандальный провал. И вот теперь они решили успех диверсии застраховать всеми возможными способами. Послан, например, не один исполнитель, а два, три. И сброшенный в Черном бору – это один из них, а Окаемов – второй. И прибыли они в наш город разными путями, но в одно назначенное им время. Вы можете, Потапов, опровергнуть эту версию?

– Конечно, нет. Но с таким же успехом можно предположить, что в город прибыли двадцать исполнителей.

– Это не опровержение. Двадцать – абсурд! А два, три – вариант допустимый. А разве не могли они сбросить в Черный бор не одного, а двух или даже трех человек?

– Парашют-то найден один, – заметил Гончаров.

– Знаю, товарищ Гончаров. А может, второй и третий парашюты вы не смогли найти, как не нашли еще и потайной базы? Разве такое предположение не имеет основания?

Гончаров опустил голову и мгновенно покраснел.