— Спасибо, спасибо, — всхлипнула она.
— А вот и заботливый зять, — послышалось в телефоне. — Алексей, ты прямо у нас тут скоро жить будешь. Держи пять. Всё хорошо с твоей тёщей, не переживай. Вот, я как раз с Вероникой сейчас разговариваю.
Сам Васнецов тоже позвонил — сразу после хирурга.
— Ты уже в курсе, да? Всё прошло хорошо, Дмитрий Андреевич доволен результатом. А ты сама-то как, солнышко?
…Когда Алексей вернулся в город и приехал к Нике, та с трудом подавила желание сразу же броситься к нему на шею. Как он поддерживал её все эти дни! И какое счастье, что в этот трудный момент Алексей был рядом.
"
"Но Ника сразу напомнила себе, что в болезни мамы была часть вины и Васнецова. Ведь это он устроил им нервотрёпку пять лет назад. Разве мать могла спокойно смотреть на слёзы дочери? Конечно, страдания Вероники отразились на её здоровье.
— Ну вот, ты опять плакала, рёвушка-коровушка моя, — тихо сказал Васнецов, появляясь в квартире. Его низкий голос окутывал, как бархат. — Бедная девочка. Иди-ка сюда.
Легко преодолев сопротивление Вероники, он притянул её к себе, сжал в железных объятиях, поцеловал в макушку, а потом в висок.
— Маленькая моя, ну хватит нервничать. Всё уже позади. Я поручил медсестре отзваниваться каждый час. Она будет нас информировать.
…Ближе к вечеру Елена Вадимовна уже сама вышла на связь. Она была бледной, как полотно, однако стойко улыбалась бескровными губами. Потребовала показать ей по скайпу Егорку и Дашеньку, еле-еле помахала малышам рукой.
Васнецов в очередной раз удивился, что экс-тёща хочет видеть не только своего любимого внука, но и Дашу, которая, по сути, для неё является чужим ребёнком.
Елена Вадимовна провела в больнице уже неделю, и Ника ставила свой смартфон на стол или на полку так, чтобы мама могла через камеру наблюдать, как Егорка мастерит из конструктора, или как Даша возится с игрушками в манеже, или как малыши играют вместе.
— Бабуля, выздоравливай, — закричал Егорка. — Воу, какая у тебя там аппаратура крутая! А врач добрый?
— Врач очень хороший.
Как же я уже соскучилась по вам всем, родные мои! — едва слышно, но с чувством призналась она.
У Ники перехватило дыхание, а из глаз опять потекли слёзы. Она поняла, что мама, хоть и скрывала, но перед операцией думала и о самом плохом варианте. Во время хирургического вмешательства могло произойти что угодно.
— Алёш, успокой же ты её! — попросила с экрана мама, а Васнецов тут же с готовностью прижал к себе Веронику, обнял и погладил по голове.
