Называйте, пожалуйста, свои имена и издания, чтобы я мог вас запомнить. И хочу вам представить своего первого заместителя Ирину Максимовну Самойлову, — слегка поворачивает к ней голову.
Акула ослепительно всем улыбается. На ней строгое красное платье, подчеркивающее талию, идеально прямые темные волосы доходят почти до локтей.
Большие голубые глаза, идеальные брови домиком, губы накрашены бледно-розовой помадой. Черт возьми, она красивая, и меня это вдруг дико бесит.
— Итак, — начинает Никольский. — По предварительным данным, средняя цена на нефть в январе-сентябре этого года составила…
Я не могу записывать за ним в блокнот, как это сейчас делают другие журналисты, потому что продолжаю рассматривать Самойлову.
На ее ногтях идеальный красный маникюр, а на безымянном пальце правой руки нет кольца. Вообще никаких колец у нее нет, если быть точнее. На правом запястье золотой браслет с прозрачными камнями. Бриллианты, наверное. На левом запястье аккуратные часы на кожаном ремешке.
Сколько времени Ярослав проводит в ее компании? Каждый чертов день.
Даже в субботу он переписывал документ вместе с ней. И он ей доверяет. Давно ее знает.
У нее есть право входить в его кабинет без стука!
Самойлова будто чувствует на себе мой взгляд. Отрывается от планшета и смотрит на меня. Я не отвожу глаза — и вот мы уже вовсю рассматриваем друг друга."
"Ни секунды не сомневаюсь в том, что она меня узнала. Только сейчас я в строгой, застегнутой на все пуговицы блузке и со спокойным дневным макияжем.
Насмотревшись на меня вдоволь, акула едва заметно хмыкает и возвращается обратно к планшету.
Ярослав продолжает зачитывать статистику. Журналисты быстро за ним записывают, и лишь я ничего не делаю. Мой диктофон включен, этого достаточно.
Потом переслушаю. А еще лучше — попрошу Настю прислать мне документ, с которого читает Никольский.
Или нет, не Настю. Попрошу Ярослава мне прислать.
— У меня все, теперь готов ответить на ваши вопросы, — говорит Ярик, отрывая глаза от бумажки.
Снова задерживается на мне взглядом, но уже через несколько секунд обводит им всех остальных.
— У меня вопрос. Алексей Уварников, информагентство «Новости». Ярослав Викторович, рост экономики по итогам третьего квартала оказался ниже прогнозов.
Почему?
— Отрицательный вклад внесло сельское хозяйство. Выпуск в этой отрасли упал на десять процентов из-за слабых результатов уборочной кампании. Например, сильно упал сбор пшеницы и других зерновых культур.
