Я — финансовоэкономический блок правительства. Он — внутренняя политика страны. Выборы губернаторов, депутатов Госдумы и вот это все — его зона ответственности.
Тем интереснее, с чего вдруг я ему понадобилась.
— Соедини.
— Ирина? — слышу через пару десятков секунд грубый бас.
— Да, Семен Семенович. Добрый вечер.
— Добрый. Ты сейчас в Москве находишься?
— Да, на работе.
— А подъедь-ка ко мне на полчасика. Разговор есть.
В груди начинает шевелиться неприятное предчувствие. Замглавы администрации по внутренней политике вызывает меня к себе.
Что-то здесь не то…
— Сейчас? — спрашиваю уверенным голосом, стараясь не выдать замешательства.
— Да, сейчас, если можешь. Это не на долго.
— Хорошо, скоро буду.
— Давай, Ирина, жду тебя.
Он отключает звонок, а я на несколько мгновений зависаю, пытаясь предположить, для чего могу быть ему нужна. Президентскими выборами он не занимается, а выборы в Госдуму через два года. Хочет предложить мне избраться депутатом?
Меня передергивает от этой мысли, а к горлу подступает рвотный рефлекс.
Пойти на выборы в Госдуму в добровольно-принудительном порядке будет означать закат моей карьеры. Депутаты уже давно ничего не решают.
Я пишу водителю, что нам надо ехать, поднимаюсь с места и собираю сумку.
Закидывая ее на плечо, бросаю взгляд на рабочий телефон.
Сказать Ярославу, что меня вызвали в администрацию? Или промолчать? Не могу решить. Впрочем… Уже девять вечера, рабочий день давно окончен, так что я вольна ехать, куда мне захочется. Не буду сообщать.
Чем ближе я к зданию на Старой площади, тем сильнее мое неприятное предчувствие.
Ладони вдруг становятся влажными: от нервов.
— Покатайся по округе. Надеюсь, я скоро, — говорю водителю и вылезаю из салона.
Уверенной походкой направляюсь внутрь, прохожу через охрану и поднимаюсь на лифте на нужный этаж. Тонкие острые шпильки моих туфель тонут в красном ковре, по которому я ступаю. Длинный узкий коридор давит на меня, хотя я никогда не была склонна к клаустрофобии.
Дохожу до конца и останавливаюсь у нужной двери.
Несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю, стараясь привести нервы в порядок. Ни в коем случае нельзя показывать своего волнения.
Хватаюсь за ручку и распахиваю дверь. В большом помещении сидит женщина средних лет. Она отрывает глаза в очках от монитора компьютера и вопросительно смотрит на меня.
— Ирина Самойлова, — представляюсь. — Мне назначено.
Женщина тянется к телефонной трубке на рабочем столе и подносит ее к уху, нажав одну кнопку на аппарате.
