И вот теперь она стоит передо мной. Вся такая красивая: белая норковая шубка, даже под ней видно, что грудь у Арины большая, накачанные губы. Я гадкий утёнок по сравнению с ней. И мне снова хочется спрятаться под розовый парик , который сегодня даже не надела. Сама не понимаю, почему мне так больно и обидно.
Тимофей помогает ей раздеться. По ней видно, что она здесь не первый раз. Ориентируется очень хорошо.
– Как день прошёл? – спрашивает он у меня. Но у меня пропало желание с ним разговаривать. Всё, что хотелось сказать весь день, все темы, которые я прокручивала в голове разом стали не важны.
– Нормально, – быстро отвечаю и убегаю на второй этаж в свою комнату.
Не хочу видеть их счастливых и красивых. Я не из их мира. И вид Арины мне напомнил об этом. Мне никогда не быть такой. Да я и не хочу. Больно надо быть похожей на неё.
Зарываюсь в подушку, чтобы заглушить голос матери в своей голове.
“Да в кого ты такая уродилась? Ни рожи, ни кожи, за что не возьмёшься, всё похеришь. Лучше бы аборт сделала, чем тебя рожала.
А теперь вот мучайся с тобой”.
Лучше уйти, лучше сбежать, чтобы больше не слышать таких слов ни от кого. Лучше быть одной.
Нет, я не плачу. Обещала себе никогда не плакать больше. Если даже мать так говорила, значит, действительно – я никому не нужна. И мне никто не нужен. С чего я вообще взяла, что можно доверять ему. Он ничего про меня не знает. И надо сделать так, чтобы и не узнал. Зря я не воспользовалась сегодняшней возможностью и не обыскала его спальню. Дура!
Ругаю себя за слабость.
Слышу стук в дверь.
– Рада я могу войти?
– Нет.
Дверь всё равно открывается, впуская немного света в комнату.
Чувствую, что сел на кровать.
– Что-то случилось? – спрашивает тихо, психолог хренов.
– Нет.
– Почему ушла?
– Захотела.
– Ты сама весь ужин приготовила?
– Нет. Заказала доставку, – ворчу из-под подушки.
– Подскажи тогда номерок заведения, а то выглядит очень аппетитно.
– Не помню.
– Ужинать будешь?
– Нет. Че пристал ко мне? У тебя там дама скучает без твоего внимания.
– Не хочу, чтобы ты обижалась.
– На что?
– Сам не знаю. Но ты же на что-то обиделась.
– Перемирие закончилось. Так что не строй из себя доброго дядюшку.
Во мне поднимается волна злости на него. За то, что он такой тупоголовый. Сажусь на кровати. Поворачиваюсь лицом к нему.
– Или, может, ты хочешь продолжения того утра ,когда сбежал? Неужели твоя мымра не удовлетворяет тебя.
– Рада. Ты же не такая.
– Как раз наоборот. Я такая. Уходи.
