Опекун (СИ)

Разговор с Уильямом был долгим и в какой-то степени утомительным. Мы лежали с ним в одной кровати и разговаривали по душам, отчего на сердце хоть немного, но полегчало. Я была благодарна ему за его настойчивый и упёртый характер. Ведь если бы не Уильям, я бы так и продолжала заниматься самобичеванием, а не искать выход из сложившейся ситуации…

22 глава

Марк

«Вся жизнь игра!» — не так ли? И эта фраза не была лишена смысла. Я до последнего отрицал невозможное, выискивая лазейки, чтобы сбросить с себя оковы Оливии.

Но никаких вариантов не было. Генри провалился, как сквозь землю, а вместе с его исчезновением в жизнь ворвался ещё один, куда не менее расстраивающий факт — пропала Флоренс… Канула словно в небытие. Будто её и не было. Не удивлюсь, если и в этом тоже была замешана Оливия. Меня хоть что-либо окружало в этой жизни, к чему эта тварь не приложила бы своих рук? Ах да, Кейтлин. _ Моя чистая и нежная Кейтлин. _."

"— Официант, ещё виски! — из всех имевшихся вариантов я выбрал самый лёгкий и теперь сидел за барной стойкой клуба и заливал горе и несостоявшуюся личную жизнь алкоголем.

Я подвёл свою маленькую девочку… Сделать ей больно — это последнее, чего бы я хотел, но у жизни, по-видимому, были свои планы на этот счёт и. видит Бог я причиню ей в скором времени её ничуть не меньше. По какой-то нелепой случайности моим неменяющимся воспоминанием стала ночь накануне отъезда: признание сонной Кейтлин душило и не давало никаких надежд, что мы снова будем вместе. Она любила меня… И, в отличие от меня, не боялась себе в этом признаться.

Несмотря на громкий шум, дребезжащую музыку и алкоголь в крови, я был в состоянии здраво мыслить. Хотелось забыться, но организм, уже привыкший к обычной дозе алкоголя, которым я злоупотреблял в последнее время, требовал куда больших порций, чтобы я мог ничего не чувствовать и не ощущать.

Всеми возможными способами я оттягивал переезд Оливии в свой дом, потому что не мог себе и представить, что приведу её туда, где казалось, каждая вещь, напоминала мне о Кейтлин.

Те два месяца, что мы прожили вместе, по праву можно было считать самыми счастливыми и безмятежными в жизни, которые никогда не забыть и не вычеркнуть из памяти. Как и не забыть тот день, когда я, наконец-то набравшись сил и мужества, переступил порог дома Кейтлин, чтобы попрощаться с ней. Увидев её такую хрупкую и беззащитную, я почувствовал, как сердце раскрошилось в пыль.