Опекун (СИ)

Как? Как Оливия собиралась жить с человеком, который не только не любил её, а ненавидел всем сердцем?

Признаться честно, я пил не только ради того, чтобы забыться и ничего не помнить.

Я пил, чтобы чувствовать Кейтлин: её облик в эти мгновения как никогда был близок и похож на настоящее присутствие. Это чём-то походило на помутнение рассудка и наутро приносило не только головную, но и душевную боль, но это того стоило.

Боюсь. Оливия будет неприятно удивлена моему новому увлечению алкоголем и клубами. Но пусть и не надеется, что жизнь со мной покажется ей золотым раем.

За всё нужно было платить. Вот и за меня и моё присутствие в своей жизни она хорошенечко заплатит…

— Ещё два виски, — повторил я заказ и отвернулся от барной стойки, рассматривая танцпол.

— Э… Мистер Бретт, может быть, на сегодня хватит? — ошеломлённый смелостью молодого парня, я перевёл на него насмешливый взгляд.

— Ты работать хочешь? — парень утвердительно кивнул в ответ — Значит, выполняй то, что тебе говорят. А свои догадки и наблюдения оставь при себе, — я редко позволял себе резкий тон в обращении с людьми, но это был тот исключительный случай.

когда мне необходимо было завершить начатое, а, следовательно, напиться до бессознательного состояния.

— Бретт! — голос прорезал гулкий шум и заставил меня отвлечься от горе-бармена.

— 0, свояк… — ухмыльнулся я, разворачиваясь к столу. чтобы взять виски, сокрушаясь, что только Уильяма мне здесь и не хватало. Я был не в том состоянии, чтобы вести сейчас светские беседы.

Нет, Уильям был хорошим и положительным парнем, но сегодня плохим парнем был я. Поэтому ничего, кроме как приветствие, предложить своему будущему родственнику не мог Тем более, он снова напомнил мне о Кейтлин, так как был её близким другом, живя, кстати, сейчас в её доме. И вдобавок ко всему, Эмили сегодня собрала вещи и молча перебралась туда же. Чем-то всё это смахивало на заговор… — Какими судьбами? — всё же выдавил я из себя хотя бы подобие вежливого тона.

— Думаю, с тебя и вправду на сегодня хватит, — Уильям сделал жест официанту.

чтобы тот забрал виски и больше не наливал. Это действие с его стороны стало последней каплей, которая заставила кровь закипеть в жилах.

— Какого чёрта? — зло рявкнул я, соприкасаясь отяжелевшим кулаком со столешницей стола. — А не думаешь ли ты оставить меня в покое и идти туда, откуда пришел? — о приличиях было забыто, я гневно смотрел на самоуверенного молодого человека, которого не впечатлял мой командный тон.