Опер. Под гнётом власти

И снова он повернул всё так, что Лиза почувствовала себя маленькой, глупой дурочкой. И вину свою тоже ощутила. Как-то нехорошо вышло с семьёй этой… Эх, Лизка. Сначала всё узнать нужно было.

– Извини. Я почему-то подумала, что ты женат.

– Я даже знаю, почему ты так подумала. Потому что моя бывшая названивает мне в позднее время, когда бывшие, по сути, названивать не должны. Всё так. Но у нас общий сын. И если дело касается моего ребёнка, мне плевать, что ты будешь недовольна звонками Марины.

Это ясно, Лиза?

– Да, – ответила, мысленно возвращаясь к главному вопросу вечера. И это, как ни странно, не бывшая жена Вербина, а возможный залёт… Только этого Лизе и не хватало. Вот как она могла забыть про таблетки? Это же так важно. Её мать вон тоже не предохранялась и теперь во всех своих неудачах винит детей. Но это же неправильно. Так не должно быть.

Эх, обидно. Лиза с детства мечтала о крепкой, любящей, а главное полной семье. В нетрезвой голове вдруг поселилась мысль, что лучше бы она забеременела.

Андрей вон какой заботливый отец. Строгий, да. Но она, Лиза, не была бы истеричкой, как его бывшая. Любила бы его, ненавязчиво заботилась. Может, и получилась бы семья.

Взгрустнулось. И даже вино, которое время от времени подливал ей Андрей, уже не веселило. Начала побаливать голова, и захотелось отдохнуть. Просто отключить разум и отрубиться.

– Пойдём спать, – будто услышав её мысли, Андрей поднялся с дивана, забрал у неё нагретый руками бокал.

 – Давай, тебе уже хватит.

Пока Вербин кому-то звонил, кого-то выслушивал, Лиза быстро сбегала в душ, ополоснулась и переоделась в кружевную маечку и трусики-паутинку. Бельё кинула в сумку чисто на автомате, особо не задумываясь. Она всегда брала с собой одежду в клуб, чтобы там принять душ и переодеться – дома часто перебои с горячей водой. Вот и в этот раз позаботилась о комфорте, и бельишко очень даже пригодилось.

Расчесав волосы и бросив контрольный взгляд в зеркало, вышла из ванной и наткнулась на Андрея, всё ещё раздающего кому-то указания.

Хотела было просочиться мимо и юркнуть в постель, но он выбросил руку и, обвив её талию, дёрнул на себя. Рука Вербина поползла вниз, огладила животик, обтянутый чёрной, полупрозрачной маечкой и сходу нырнула в трусики, ловко отыскивая чувствительный бугорок.

– У меня опера в засаде почти трое суток сидели голодные, немытые, небритые. Отправил их домой.