Онлайн-библиотека книг
Однако, памятуя провал в Берлине, в решение внесли уточнение: сначала дело, а основная плата потом, в зависимости от результатов. Кредит, как известно, портит отношения.
В заключение заседания Густав Нобель сообщил ещё одну новость. Кроме Волошина в Париж прикатил ещё некто, более важный и влиятельный, подлинную фамилию которого предпочитали вслух не называть. Сам же он скромно именовал себя мистером Брассом. Мистер выразил желание встретиться с представителем руководства Торгпрома. Договорились, что на встречу пойдет Коншин, бывший управляющий Русским торгово-промышленным банком, умница, финансовый маг и чародей.
ГЛАВА 4
Парижские встречи
Собеседники расположились под каштаном в крохотном сквере на берегу Сены. Мимо катились автомобили, цокали по мостовой подковы равнодушных к городской сутолоке извозчичьих лошадок. Целовались на скамейках парочки и визгливо кричали мальчишки, продававшие газеты.
— В идеале это было бы отлично, но подобраться к кирилловцам через Торгпром вряд ли удастся. Господа промышленники и торговцы идут на доверительные контакты только с хорошо проверенными людьми… Тут ваш план имеет существенную слабину. Да и зачем левой ногой правое ухо чесать… Не по мне такая хитромудрость.
Инженер Арбенов вопросительно покосился на собеседника в старомодной крылатке, темных очках и широкополой шляпе, делавшими его похожим то ли на анархиста, то ли на чудаковатого профессора. Из тех, которые увлечены какой-нибудь сумасбродной идеей и мало внимания обращают на то, что творится вокруг.
Встреча на берегу Сены состоялась после того, как инженер Арбенов оказался в Париже и в известном ему книжном магазине поинтересовался, не имеется ли у них случайно в продаже восьмой том Британской энциклопедии издания одиннадцатого года.
В крохотный сквер пришел Густав Янович Крауминь, бывший балтийский минер, большевик и член судового комитета эскадренного миноносца, ставший в восемнадцатом году чекистом. Вместе с другими товарищами он был направлен для конспиративной работы в войсках Юденича. После разгрома Юденича Крауминя под видом литовского эмигранта перебросили в Париж.
