Операция «Моджахед»

Только вот вопрос: какого чёрта это подразделение здесь делает?!

— Откуда что взялось? — пробормотал Вася Крюков, принимаясь деловито вправлять кряхтящему Глебычу ступню.

— Готово, — доложил по рации «Кукушка-один». — Сработали трижды, куда-то там попали, непонятно... Короче, транспорт урулил в ложбину и теперь лежит там на боку — видим правые колёса. Ждём, когда вылезут. Это что там у вас, «Третий»?

— Вы молодцы, — похвалил снайперов Петрушин. — Позиции поменяли?

— Молодцы. Не высовывайтесь, ждите, мочите всё, что движется.

— А что там у вас? Пулемётов вроде не было...

— Это не у нас. Это по нам. Вы работайте, не отвлекайтесь! Теперь вы у нас — основные.

— Понял вас, «Третий», работаем...

— ...кого хера?! — едва Петрушин отпустил тангенту, прорезался голос командира «Заслона-один». — Что там у вас за война, блин? Что там за пулемёты?!

— Короче так, «Заслоны», — заторопился Петрушин. — Прыгайте на броню и в полном составе дуйте сюда. «Заслон-три» пусть даст крюка и заезжает со стороны Джалки — а то в ваши же сектора въедет.

— Нет, они тут уже были. С ходу не залетайте, на окраине притормозите. Я разберусь, сориентирую вас по численности и размещению их огневых точек. Давай, ждём вас...

Разобравшись с радиообменом, Петрушин вернулся к делам насущным, заорал в сторону чердака:

— Серый! Если живы, хоть голос подайте!

— Живы, — тотчас же откликнулся с чердака лейтенант.

— Так какого хера?! — возмутился Петрушин. — Жить надоело?

— А тут «мёртво», — доложил Серёга.

Петрушин посмотрел — точно, небольшой угловой участок чердака не попал ни в один из вражьих секторов. Шифер там был целый, вот что! Серёга с Рашидом, то ли с перепугу, то ли ввиду поразительной врождённой сообразительности, не прыгнули во двор, а заползли в этот участок и теперь сидели там, затаившись, как мыши.

— Так какого хера? — Петрушин не баловал соратников разнообразием выражений. — Ломайте шифер, прыгайте во двор!

— Наблюдаем, — доложил Серёга.

Продолжение не замедлило последовать. На участке Шалинской трассы вдруг объявилась ещё одна «Нива» — выпрыгнула, как заяц, из-за крайнего дома и понеслась в сторону своей лежавшей на боку сестрички.

— Так-так... — лейтенант отложил свой двадцатикратный бельгийский бинокль и достал из «разгрузки» рацию. — «Кукушки» — «Седьмому»!

— Цель вижу, — тотчас же отозвался «Кукушка-два».