Операция «Моджахед»

— Он в отключке, говорить не может, — пояснил Иванов. — Придёт в себя — побеседуем...

В панораму вплыл двигающийся к переезду автобус. Женщина в белом начала махать рукой — автобус послушно сбавил скорость и начал притормаживать...

— Ой, бля-ааа... — тихо простонал Вася Крюков.

Остальные молчали, уставившись на экран, как заворожённые...

В стремительно надвигающейся трагедии, предотвратить которую ты не в состоянии, всегда есть что-то такое, что заставляет смотреть, не отрываясь, как будто ты под гипнозом... Что мы сейчас можем сделать? Ровным счётом ничего.

Отсюда до того переезда полчаса езды. Бежать, мчаться, лететь — бесполезно. Звонить или вопить в рацию — бессмысленно! Кому звонить?!

Автобус остановился. Женщина в белом халате неторопливо поднялась по ступенькам и скрылась в салоне. Камера вдруг качнулась вправо, показывая нам стену. Спустя секунду в панораме опять возник удаляющийся автобус — видимо, тот, кто снимал, спрятался за угол, а руку с камерой вытащил наружу...

— Нет... — прохрипел Рашид по-чеченски, отчаянно мотая головой.

 — Нет!!!

Автобус вдруг вспух, как надутый шарик, подпрыгнул на месте и сыпанул во всё стороны стеклом и железным крошевом.

— Держите, — буркнул Иванов, кивнув на Рашида.

Мы с Петрушиным надавили абреку на плечи... Но, кажется, можно было обойтись и без этого. Рашид застыл, как изваяние, безумным взглядом уставившись в монитор, и тихо шептал по-чеченски:

— В белом... Вся в белом...

Семейные разборки...

Когда мы покинули село, Абу позвонил по спутниковой трубе Шамилю и сообщил о случившемся.

Говорить он начал на арабском, потом перешёл на русский. Видимо, Шамиль его поправил. Он плохо знает арабский, Абу плохо знает чеченский, общаются на языке врага, который каждый знает хорошо, как и подобает настоящим воинам. Хороший воин должен знать язык врага, это аксиома.

Амир был раздражён. Пришлось подстраиваться под чеченца, хотя Шамиль и не простой чеченец. Акцент Абу сделал не на том, что расстрелял муфтия, а на отказе Шаамана Атабаева выполнить его приказ.

А про муфтия сказал, что тот вёл себя как самый настоящий гяур и едва не спровоцировал гражданскую войну местного значения. Если бы его вовремя не остановили, получился бы нешуточный бой с результатом как минимум в несколько десятков трупов, а то и больше. То есть нам пришлось поступить так в силу необходимости, чтобы решить проблему малой кровью.

По разговору я понял: Шамиль сказал Абу, чтобы он завтра приехал к нему где-нибудь к полудню.