Операция «Слепой Туман»

Ведь мы теперь крепко связаны — все четверо находящихся на борту женщин, происходящих из XXI века. Мне в голову пришло, что нам стоит быть ближе друг к другу.

— День добрый, Алла Викторовна, — подошла я к ней, приветливо улыбаясь.

Она вздрогнула, а затем повернулась в мою сторону. Ветер бросил волосы ей на лицо — рыжие, как огонь, они выглядели особенно ярко на фоне бледно-серого неба. Увидев, что это я, а не какое-нибудь привидение, она тоже слабо улыбнулась в ответ и сказала:

— Здравствуйте… Дарья.

— Михайловна, — я устроилась рядом с ней, опершись на леер. — Кстати, с праздником вас, Алла Викторовна!

— С каким… Ах да! Сегодня же Восьмое Марта! Спасибо, я вас тоже поздравляю! Надо же — совсем забыла со всеми этими событиями… — она потерла лоб.

— Вас что, еще никто не поздравил?

— Нет… — смутилась она, — похоже, все забыли…

— Ну что вы, Алла Викторовна, просто еще слишком рано! — Я улыбнулась.

— Разве? Час дня… — Моя собеседница огляделась вокруг, словно выискивая тех забывчивых мужчин, которые за своими делами упустили из виду такой знаменательный день.

Но все мужчины были заняты. Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Ничего! — махнула рукой Алла Викторовна. — До вечера еще много времени. А вас-то, Дарья Михайловна, поздравил кто-нибудь?

— Поздравил… — ответила я, снова вспомнив слова Одинцова, его проникновенный тост. Наверное, на моем лице появилась мечтательная улыбка, потому что моя собеседница понимающе кивнула.

— Вы тоже можете звать меня просто Аллой, — ответила она.

Я была очень рада, что обзавелась приятельницей. Там, дома, я не особо стремилась с кем-то сблизиться. Но здесь… Здесь я каждую минуту чувствовала, как меняюсь. Это происходило помимо моей воли. И это было закономерно. Любое событие накладывает на нашу личность отпечаток — и чем ярче это событие, тем явственней этот отпечаток.

— Даша, а вы знаете, кто находится на нашем корабле? — с благоговением спросила Алла.

— Вы о Джеке Лондоне? — ответила я. Конечно же, я знала об этом — мой Одинцов увлеченно рассказывал мне о знаменитом пассажире. Я даже видела его пару раз — он сидел на юте, увлеченно что-то строча в свой блокнот.

— Ну да, я о нем! — возбужденно проговорила Алла, и глаза ее оживились.