Операция «Слепой Туман»

А может, это из штаба флота неожиданно пришла начальственная указивка о проведении «внезапной проверки боеготовности»? Короче, в результате всей этой суеты примчавшийся к нашему причалу на УАЗике дежурный офицер передал мне приказ комдива, чтобы лодка была готова к выходу в поход на полный срок автономности. Боевое задание на поход было заключено в «красный» пакет, который следовало вскрыть в точке погружения. Развели, понимаешь, секретность, ни проехать, ни пройти.

Но нет, сразу же после отъезда УАЗика к нашему пирсу один за другим начали подъезжать тентованные грузовики, и нашему снабженцу мичману Покальчуку пришлось изрядно покрутиться, чтобы принять все привезенное и распихать по выгородкам принятое.

Главное, что боекомплект у нас был уже загружен, и в этом смысле мы находились в полной боевой готовности и могли выйти в поход в любую минуту; то что грузилось на борт сейчас, должно было обеспечить на подводном крейсере комфорт, а отнюдь не создать условия выполнения боевого задания.

Звонок, Господи, а я уже собрался уходить. Снимаю трубку.

— Паша? — голос, до боли знакомый всем россиянам.

Делаю знак своим, чтоб все исчезли и не отсвечивали и отвечаю:

— Да, Владимир Владимирович, это я, Вы чудом меня застали. Нога уже была на пороге. Сотовых же телефонов, сами знаете, там куда я иду нет и быть не может.

— Паша, — вздохнула трубка, — у меня есть к тебе предложение….

— Знаю, — ответил я, — но работать в этом гадюшнике, именуемом Вами правительством, не собираюсь.

Вы же знаете, как меня прозвали и за что, зол я и нерукопожатен?!

— Знаю, Паша, — хихикнул президент, — мне докладывали, зовут тебя Полярный Лис, и жутко плюются. Да я и сам от них тоже не в восторге.

— Эх, товарищ Президент, разогнал бы ты этих клоунов к чертям собачьим… — я ухмыльнулся, — Дворковича, да, в дворники. Все равно они ничего не могут делать, кроме как гадать на кофейной гуще. Плывем как известная субстанция по течению.

— Паша, не все так просто….

 — возразил президент, — Но ты же знаешь, что говорил классик по похожему поводу… Это когда вчера было рано, а завтра будет поздно. Так вот, пока рано. Не время еще, подожди полгодика или чуть побольше, пройдут выборы, тогда и случится: «которые тут временные — слазь».

— И это знаю, Владимир Владимирович, — ответил я — впрочем, вернусь, поговорим. Хотя всякое может быть. Лишь бы не стало слишком поздно.

— Что, так серьезно? — встревожился президент.