Операция «Слепой Туман»

В ближней к нам колонне четыре эскадренных броненосца и два броненосных крейсера, в дальней — еще шесть броненосных крейсеров, настолько мощных, что их иногда называют броненосцами третьего ранга.

Не знаю откуда, но я знаю, что это адмирал Того ведет свой объединенный флот к тому месту, где должно разыграться Цусимское сражение. Будут потоплены русские корабли, погибнут тысячи наших моряков, до конца выполнивших свой долг, родится новый мировой хищник, который до того, как его укротят, совершит немало преступлений — и все это ради того чтобы американские и английские банкиры-толстосумы положили себе в карман дополнительные сверхприбыли…

Команда на пуск прошла — и «Кузбасс», расставаясь с торпедами, поочередно вздрагивает восемь раз, причем первые четыре толчка весьма ощутимые (650-мм торпеда «Кит» весит пять тонн).

Снова приникаю к перископу, как герои подводники прошлых войн — в наши-то времена такая роскошь недопустима, потому что перископ мгновенно будет обнаружен, но я в своем сне знаю, что здесь за перископ нам ничего не будет, не те времена. Первыми взрываются броненосцы; причем по силе взрыва видно, что там не только тонна взрывчатки в тротиловом эквиваленте, заложенная в боевую часть торпеды, но полные до самого верха погреба главного калибра, заполненные удлиненными британскими фугасами, снаряженными весьма нервной к разным потрясениям шимозой. По крайней мере, возникшие при взрывах облака черного дыма с разлетающимися в разные стороны обломками указывают, что это точно она.

Потом один за другим взрываются четыре головных крейсера в дальней колонне — и я просыпаюсь с пересохшим ртом и бьющимся от восторга сердцем. Теперь Цусимы точно не будет, оставшимся четырем японским броненосным крейсерам ни за что не остановить и не победить русской второй Тихоокеанской эскадры, даже если ей командует такой самовлюбленный идиот, как адмирал Рожественский.

Меня замучила бессонница — неужели это климакс подкрался? Боже, как не хочется стареть… Такое чувство, что я еще далеко не все успела в своей жизни, упустила что-то важное… Словно бегу я за уходящим поездом, а он все дальше и дальше…

Вот опять никак не могу уснуть.

Хотя, впрочем, сегодня это как-то по-другому. Мы, конечно, все волновались — а как же, всегда волнуешься перед тем, как запустить наше изделие, пусть это даже всего лишь испытания.