Операция «Слепой Туман»

Но тут уж ничего не поделаешь, и Сергеичу остается только утешать пострадавших, которым теперь не в силах помочь даже сам господь Бог, ибо обратной дороги для нас нет. Теперь мы умерли для них, а они для нас, хотя и с точки зрения современной физики и с точки зрения теологии и мы, и они — живы и здоровы, просто разделены несокрушимым межвременным барьером. Теперь всем нам придется полностью проститься со своим прошлым и начинать жизнь с чистого листа, как только что родившиеся младенцы, ибо нет у нас пока в этом мире ни грехов, ни каких-то заслуг.

Аминь.

На рассвете меня поднял с постели зуммер ПУ. Возблагодарив всех богов за то, что Дарья улеглась у стенки, я аккуратно высвободился из ее объятий.

— На связи Карпенко, — хмыкнула трубка, — у меня новость — воздушная разведка обнаружила клиента…. Ужасный гибрид, паровой парусник на востоке от нас — то ли клипер, то ли шхуна, водоизмещение от восьмисот до тысячи тонн, идет нам почти прямо в лоб, только лишь чуть забирая к северу…. Ну что, товарищ начальник, будем брать?

— Флаг какой? Государственную принадлежность установили? — я усиленно зеваю, пытаясь окончательно проснуться.

— «Кузбасс» сбегал, — отвечает Карпенко, — глянул на него из-под воды и, как ни странно, флаг оказался русским триколором, что в эти времена может означать только принадлежность к Доброфлоту. Вроде им всем был приказ оставаться в тех портах, где их застигла война, а этот-то куда торопится?

— И быстро он торопится? — меня в голове начала складываться некая картинка.

— Семь узлов, — хохотнул Карпенко, — правда, машина не работает, ветер попутный, хотя и не особо сильный.

Гонки на черепашьих упряжках.

— Есть одна мысль, Сергей Сергеевич, — сказал я, — берем его, он наш, тем более если действительно наш, русский.

— С восемью узлами он нам будет как чемодан без ручки, — хмыкнул командир «Трибуца», — и тащить неудобно, и бросить жалко.

— Ты его возьми, а уж потом разберемся, что с ним делать. Всегда есть три варианта: утопить, отпустить, взять с собой. Сколько до него?

— Он почти на горизонте, дистанция около двадцати с небольшим миль, и если продвинуться на три-четыре мили к северу, часа через два с половиной-три вылезем прямо поперек его курса.

 — Карпенко помолчал. — Слушай, Пал Палыч, давай перебирайся ко мне на «Трибуц». Каюты мы вам с Дарьей найдем, просто, чует моя ж…, в свете грядущих событий, нам будет лучше поближе друг к другу держаться. Да и серьезный штаб уже пора организовать, и конкретный план действий разработать.