Операция «Смоленский капкан», или Пропавший обоз НКВД

На суше — полное бездорожье. Сообщение между нашими полярными станциями возможно только морем или на оленьих упряжках. При этом на Новой Земле много глубоких, хорошо укрытых бухт на берегах которых даже во время войны так ни разу и не ступила нога североморца. Большая часть домов промышленников была нанесена на наши карты только по данным опроса охотников и рыбаков. А подробную карту архипелага подготовили и издали лишь через несколько лет после окончания Великой Отечественной войны.

И, хотя в 1942 году во многих местах архипелага появились наши посты наблюдения и связи, не исключено, что в некоторых бухтах существовали хорошо укрытые базы фашистских подводных лодок…

…По данным разведсводок Северного флота, появление немецких самолётов в различных арктических районах в период с 1942 по 1944 год фиксировалось — 161 раз…

— Всё, хватит, — решила я про себя, — иначе так можно сойти с ума.

И поднявшись, собрала папки с документами в аккуратную стопочку, сдула с них невидимую пыль и, ещё раз обречённо посмотрев на генерала, тяжело вздохнула и направилась к двери.

— Ростова, вылет через три часа, — крикнул мне вдогонку генерал, — и прихвати с собой что-нибудь из тёплой одежды!

…Кое-что из тёплой одежды я с собой всё-таки прихватила. Тоненький пуловер в пластиковом пакете…

Если бы я только представляла себе, что меня ждёт впереди! Конечно, кое-какие предчувствия не покидали меня всю дорогу. И все они были весьма далеки от оптимистических.

…Но чтобы быть справедливой до конца, сразу обмолвлюсь, что на месте не всё оказалось так плохо.

Например, с начальником местной пограничной заставы мы отлично поладили. Этот лихой капитан, молодой и очень стеснительный, был при всех своих очевидных достоинствах ещё и весьма умён. К тому же он обладал, на мой взгляд, редким чувством юмора и не менее редкой, но очень подходящей к данному географическому месту фамилией — Омулев (для непонятливых поясню: омуль — самая вкусная рыба в здешних местах). В общем, с капитаном мы подружились, и он сразу пошёл мне навстречу. Ну что же омуль, действительно, — рыба что надо — стремительная и, к сожалению жутко упрямая. Единственным его недостатком, опять же, по-моему, сильно хмельному на тот момент времени, мнению, была почти девичья стеснительность. Но как ни странно, именно вследствие оной мы и оказались в его постели. Прошу у читателя пардона за столь милые подробности, но что было то было. Как бы там ни было, настроение у меня после знакомства с ним определённо улучшилось.