Операция «Тайфун»

В этот раз он был в шинели с полковничьими шпалами в петлицах. Зайдя к Рокоссовскому и поздоровавшись за руку, начал расстегивать портупею у вешалки. Повесив шинель и застегнув ремни, подошел к чайнику и налил себе кипятка в стоявший рядом стакан. Добавил заварки и, прихлебывая маленькими глотками обжигающий чай, стал мерить шагами кабинет командарма.

Минут через десять, ближе к 22 часам, начали прибывать командующие армиями. Лукин и Вишневский прибыли вместе, но каждый на своей машине. Охрана у них была общая.

Болдин прибыл отдельно от них и позже. Начштаба 24-й Армии приехал в одной машине вместе с командармом-20 Ершаковым. И это было понятно, хотя формального приказа о переподчинении войск 24-й Армии не было, фактически на этом участке на сегодня командовал именно он. Кондратьев не горел желанием тянуть одеяло на себя и брать ответственность. Даже за остатки своих войск. Что в данной ситуации скорей было плюсом, нежели наоборот.

Когда все расселись, Цанава бросил окурок папиросы в вытяжку голландки и, подойдя к столу, начал совещание.

– Здравствуйте всем! Надеюсь, мне представляться не нужно? Это хорошо. Но все же я отмечу то, что вам неизвестно. Афишировать, что я здесь, не нужно. Сейчас я полковник Абашидзе. Запомните это. На данный момент я являюсь представителем Ставки. Это первое. Второе, вам была разослана радиограмма о назначении старшим начальником в группировке войск, которая по факту уже окружена в районе Вязьмы, генерал-лейтенанта Рокоссовского.

Генералы переглянулись, и Болдин, не выдержав, уточнил:

– Это уже точно? Что мы отрезаны?

– Немцы уже под Гжатском и, скорей всего, завтра его займут. Сами понимаете, где Гжатск, и где подчиненные вам войска.

– Но наверняка это еще не основные их силы. И остается еще направление между Гжатском и Сычевкой.

– Не успеем! До Гжатска войскам еще три дневных перехода как минимум. За это время немцы туда войска подтянут и закрепятся.

Что касается северо-восточного направления… товарищ Рокоссовский сейчас доложит вам обстановку, складывающуюся под Вязьмой, а вы сами уже сделаете выводы.

Рокоссовский встал, одернул мундир и, развернув карту, закрепил ее на бывшей школьной доске.

По окончании доклада дополнительных вопросов и предложений от присутствующих не последовало.

Цанава снова поднялся из-за стола.

– Думаю, всем теперь понятно, что дальше Вязьмы нам не уйти.