Операция: «Украсть душу»

– Стойте, не стреляйте! – закричал нам Адис, когда еще одна подбитая дриана упала практически ему под ноги и затихла.

Распахнутые голубые глаза лесной жительницы утратили внутренний свет. Я остро чувствовала, как больно на душе рушианину. Он крикнул:

– Хватит смертей! Не видите, они тоже вымирают. Я попробую договориться с ними.

– Бесполезно. Они не поймут! – равнодушно возразил Игл.

Я поддержала Адиса, мне тоже претила смерть живых существ. Пусть опасные, но они не звали к себе гостей. Они пленники, как и мы, и тоже умирают.

И самый настоящий живой лес тоже гибнет! Видеть это было морально тяжело.

Адис решительно выступив вперед, встал перед дрианами:

– Я буду говорить с ними ментально… на уровне эмоций. Пусть мы разные, но чувство самосохранения есть у всех.

Тем временем лесные жители собирались вокруг нас большой стаей, прислушиваясь и скаля зубы. Даже сквозь защитный скафандр я ощущала их голод – сосущее, грызущее их нутро чувство ничем не унять. Они в ярости! Голодные. Пусть улей и снабжает их необходимой белковой пищей, но Адис прав, этого недостаточно.

Как Мегамозг предупреждал, если новые поселенцы теряют душу, помимо преференций теряют и шанс выжить. Ведь получают лишь самое необходимое, чтобы влачить жалкое существование и бороться за выживание с соседями. Нападать, убивать, кромсать и жрать других! О дружбе и взаимопомощи в этом случае подумают единицы. Как же нам повезло с соседями!

Я прижалась к Тино-фею, наблюдая за рушианином. Он выставил перед собой щит и издал гортанный низкий звук.

Я заслушалась, ощущая, как волнами расходятся от рушианина эмоции дикой беспросветной тоски, боли потерь, черная тьма безысходности и смерти. Уткнулась Тино-фею в рукав, пытаясь отстраниться от чужих эмоций. Боже, сколько боли и тоски носил в себе рушианин. Мне было настолько горько, что я с трудом сдерживала рыдания. Потом, поворачивая голову, оглядывая несколько десятков собравшихся дриан, Адис начал медленно раскачиваться, напоминая змею, даже чем-то шелестел.

Пугающее и завораживающее зрелище творилось возле медленно черневшего трупа дрианы.

Из меня словно силы и чувства выкачивали, я цеплялась и цеплялась за Тино-фея как за спасательный круг в океане боли и горя. Он развернул меня к себе, крепко обнял, окружая своим теплом, как плотным коконом. Я судорожно вздохнула, запрокинув голову, заглядывая ему в глаза, чтобы хоть чуть-чуть насладиться их теплым светом, нежностью, что сразу же согрела мою душу. Как же мне нужна его забота.