Опергруппа в деревне

– Итак, вы утверждаете, что они оба внутри кургана? Но я там был, ход никуда не ведёт, или они прошли сквозь соляную стену?

– Втянула она их, дыханием волю перекрыла, а может, и до смерти довела… Она своей силы не соизмеряет, ей всё развлечения подавай. Да чтоб с кровью, слегка прожаренные…"

"– Как её можно остановить?

– Про то не ведаю, – хмыкнул преступный муж. – А коли знал бы, так на кой хрен мне к вам на поклон идти было бы!

– Что, совсем-совсем не ведаете?

– В книгах неписаных сказано, что-де остановить Каргу-Гордыню можно землёй и водой, солнцем и луною… Да тока я таких сил не имею, может, твоя милиция супружницу мою полумесяцем по маковке шарахнет?!

– Ну ты не грубиянничай тут! – строго перебила Кощея бабка.

 – То, что сам к нам пришёл, энто правильно. А вот на участкового зачем с ножом злоумышленничал? Ить тока он тебя от бывшей жены защитить и старается…

– Дурная привычка… Могу извиниться, хотите?

В принципе ничего более весомого нам из него вытянуть не удалось.

Видимо, он действительно не знал больше. Всё вышесказанное, конечно, стоит обдумать и взвесить, но я так понимаю: времени маловато, придётся действовать наугад, как интуиция подскажет.

– Митя-а! – проорал я, высунувшись в окно.

– Здеся! – Над забором разом возникли две одинаково взъерошенные головы. Дозором они вкруг избы ходят, ага…

– Задержанного отнесите подальше, складируйте в какой-нибудь сарай и марш обратно за дальнейшими указаниями. Главное, быстро! Нам надо хоть немного выспаться – завтра у всех будет тяжёлый день… Задание поняли? Вопросы? Выполнять!

Если бы я только знал, насколько тяжёлый… Во-первых, утро началось с бабьего воя.

Выла кузнецова дочь Маняша, которую Митя самочинно отрядил сторожить Кощея, которого я велел сторожить Митьке лично! Под утро этот многоопытный каторжник жалобно попросил «водички напиться», а эта дура послушно сбегала и принесла…

Вот ей-богу, словно она у себя в деревне отродясь русских народных сказок не читала! Напившись, гражданин Бессмертный резко обрёл силу, махом порвал все верёвки и сбежал быстрее паровоза.

Хорошо хоть девушку не тронул, торопился уйти до петушиного крика…

Во-вторых, только-только мы кое-как успокоили воющую от обиды Маню, как на наш двор явилась представительная делегация новообращённых «жидомасонов». Главенствовал незабвенный Абрам Моисеевич, а с ним на телеге, доверху гружённой солью, заявился и Фома Еремеев с тремя нашими стрельцами.