Опергруппа в деревне

Уж, поди, грозить да пыжиться не станет, однако ж и о семейственности его ничего тебе толком сказать не сумею. Вроде был он женат, а вроде и брехня энто… Я-то ещё девчоночкой короткокосой была, когда злодей наш покражами принцесс да царевен баловался. Может, от непристроенности мужской, может, похоти ради, а может, и впрямь невесту искал да с выбором мучился, кто ведает? На моей-то памяти семьи у него уж точно не было. Хотя, ежели вдуматься… нет! Точно тебе говорю, не было у него никого… Никитка!

– А? Что!

– Да ты ж не слушаешь!

Я действительно отвлёкся.

Кот Василий тихо вылез из-под печки и начал осторожно подкрадываться к мыши, так и сидящей на краешке лавки. Митяй уморительно шевелил усиками и подмигивал мне бусинками глаз, когда на него обрушилась вся охотничья мощь бабушкиного любимца. Нет, Вася у нас умный и заколдованного человека в любом обличье видит, просто поиграть захотелось. А вот мой младший сотрудник с дуру да перепугу оказал рьяное сопротивление… Я с трудом оторвал взгляд от этих борцов сумо и вернулся к делам насущным:

– Так, говорите, о его семье ничего толком не известно… А как же тогда шамаханы?

– В каком разрезе? – не въехала Яга.

Пришлось объяснять долго и терпеливо, с фактами, догадками, физиологическими предположениями.

– Помните наше первое серьёзное дело о краже царского перстня с хризопразом? Мы впервые столкнулись с шамаханами, а вы ещё тогда рассказывали, будто бы они произошли от Кощея. Ну там, все они всерьёз называют его родным папой, а он их считает своими детьми…

– Помню, да и что с того?

– Так возникает законный, хотя и нескромный вопрос: если Кощей – папа, то кто мама? Ведь не сам же он их рожал, в таком-то количестве, орду за ордой, как штампованных… Шамаханы когда-нибудь что-либо говорят о своей праматери?

– Вроде нет… – окончательно стушевалась бабка.

 – Ить и впрямь, дыма без огня не бывает. Каким-никаким чародейством ни обладай злыдень наш, а всё одно нет яйца без курицы, а брюхатости без беременности…

– Исключая отца Кондрата, – подправил я.

– Истинно, – перекрестилась Яга. – То исть ведёшь ты мысль дедуктивную, сокол ясный, к тому, что ноченькой энтой Кощей нам всю правду о супружнице своей поведает. А тока чего ж он её скрывал столь тщательно?

– Вот и выясним… – рассеянно ответил я, вновь переключившись на Митьку.

Дело в том, что под шумок к их беготне присоединился и Назим. Теперь кот с домовым старательно «топили» протрезвевшую мышь в той же бадье, где сами не так давно проходили экзекуцию.