На пятнадцатисантиметровых каблуках самодовольно возвышалась над Тараном. «Ну, как сейчас себя чувствуешь, защитником слабого пола?» – так и подмывало спросить. Для закрепления результата я повернулась так, чтобы было видно мою спину, и, могу поклясться, услышала нервный стон матушки. На мне было длинное платье черного цвета, полностью закрытое спереди, не считая высокого разреза по ноге. Но сзади! Шикарный вырез практически до ямочек на пояснице, филигранно украшенный переливающейся шнуровкой. На моей спине красовалась цветная татуировка, начинавшаяся от левого бока, пересекавшая поперек поясницу и поднимавшаяся до правого плеча.
На теле переплетались акварельные цветочные узоры, украшенные прозрачными бабочками.
В момент моего молчаливого триумфа в комнату влетел Макс и бросился в ноги.
– Привет, крестная! – мальчишка повис, обнимая меня за бедра.
Мы завалились на диван.
– Привет, сын, – гордо произнесла я и расцеловала детские щеки.
– Максимилиан, так себя не ведут, – в нашу идиллию вмешалась матушка.
– У нас гости. Выйди и войди как следует.
Ребенок моментально поник и поплелся к выходу.
Всплыли сцены из моего детства, когда я могла выходить и заходить раз пять, перед тем как меня допускали к обеду.
– Матушка, к чему это? – я возмутилась, глядя на спину ребенка.
Мама снисходительно мазнула по мне взглядом и вернула внимание к внуку, вздернув подбородок и выражая всем своим видом: я жду.
– Добрый вечер, разрешите войти? – четко выговорил племяш.
– Проходи, Максимилиан.
Я наблюдала за сестрой и ее мужем.
Паша отвела взгляд, а Игорь не скрывал раздражения, но противиться не смел.
– Давай знакомиться, – навстречу вышел Таран и протянул руку Максу. – Я Стас.
– Максимилиан, – ответил ребенок на рукопожатие, поймав в глазах моей матушки одобрение.
Я усадила Макса рядом и с удовольствием слушала о последних подвигах крестника. Отгородившись милой болтовней с ребенком от взрослых, изредка наблюдала за происходящим. Быстрее бы пришло время ужина – и я смогла сбежать. Весь воинственный запал я растеряла, окунувшись в атмосферу «семейного праздника».
"
"– А теперь пришло время подарков, – отец вышел из-за стола и вернулся в красном костюме Деда Мороза с мешком наперевес. – Ну-с, и кому повезет первому? – он долго перебирал в мешке, явно стараясь выловить из общей массы подарок для Макса. – Максюш, это тебе передал Дедушка Мороз, – в руках была большая коробка с железной дорогой. – Та-а-ак, а это Василисе… – протянул небольшой конверт с бантом.
