Оппоненты Европы

– Второго застрелили мои люди, – напомнил комиссар, – и только потому, что ваш кретин слишком медлил, осматривая помещения. И вообще эти два идиота оказались абсолютными дилетантами.

Дронго, поняв, что комиссар ругается, решил усилить этот конфликт и сказал:

– Можете позвонить по этому номеру и убедиться, что я звонил в Интерпол. Если, конечно, вы мне не верите.

– Замолчите, – рявкнул комиссар, – замолчите и ничего больше не говорите.

– Теперь у нас действительно большие проблемы, комиссар, – заключил Жильсон.

 – Зачем нужно было его сюда привозить?

– А что, нужно было сразу отвезти его к заместителю генерального прокурора, чтобы он рассказал там про вас, – прохрипел комиссар, уже теряя всякое терпение, – чтобы вас сразу арестовали?

– Вы могли пристрелить его по дороге сюда, – уже успокаиваясь, сказал Жильсон.

– Правильно. В своей полицейской машине, – разозлился ван Лерберг. – Интересно, кто бы мне поверил после этого, что у меня случайно выстрелил пистолет? Мне бы сразу дали пожизненный срок за убийство эксперта.

И все сразу поняли бы, почему я оставил своего водителя и взял Теофила, с которым работаю много лет.

– Теперь нужно решать, что делать, – вздохнул Жильсон, – я лично ничего не могу решить. Давайте позвоним и посоветуемся. У нас нет иного выхода.

– Пойдемте, – предложил комиссар, – но его опасно оставлять одного.

– Что он может сделать? – спросил Жильсон. – На окнах решетки, а из комнаты нельзя убежать. И здесь нет ничего, что можно было использовать в качестве оружия, кроме стола и стульев.

Идемте, комиссар. Видимо, этот эксперт произвел на вас слишком сильное впечатление.

– Учитывая, что он разоблачил всю вашу организацию, я бы не был слишком благодушным, – заметил комиссар, – и не стал бы так говорить. Он просто разгромил вашу организацию.

– Нашу организацию, господин комиссар, нашу, – подчеркнул Жильсон.

– Нет, – возразил ван Лерберг, – я только вам помогаю. А чем вы занимаетесь, меня не касается. Это ваше дерьмо, и не нужно тянуть меня вместе с собой.

У нас деловые отношения. Только бизнес, и ничего больше.

– А я считал, что вы разделяете наши взгляды.

– Разделяю. Но не состою членом вашей организации.

– Это все сделал один человек, – усмехнулся Жильсон, показывая на Дронго. – Если он вас напугал, то прямо так и скажите.

– Вы наглец, Жильсон, – зло отчеканил комиссар, – я иногда жалею, что связался с такой мразью, как вы. Меня никто не сможет напугать.

Они вышли из комнаты. Дронго остался сидеть на стуле.