Оппоненты Европы

– Давайте на открытом воздухе, – предложила Мадлен, – сейчас достаточно тепло.

Они уселись за один из столиков, ближе к стене. Он заказал бутылку вина и легкие закуски.

– Мне так и не дали спокойно поужинать эти супруги из Москвы, – признался Дронго.

– Вы считаете, что они могут иметь отношение к этому убийству? – поинтересовалась Мадлен.

– Они уже имеют отношение, став свидетелями случившегося, – напомнил Дронго, – дело в том, что убитый турецкий дипломат был им знаком. Более того, они договаривались о встрече именно в этом вагоне.

Брат дипломата тоже ювелир и имеет совместные дела с этой парой. Вот такое невероятное совпадение. Хотя почему невероятное? Все правильно. Где еще встречаться ювелирам и дипломатам, как не в вагонах первого класса в европейских экспрессах или в пятизвездочных отелях?

– И вы думаете, что этот русский ювелир застрелил турецкого дипломата? – уточнила Мадлен.

– Пока не думаю. Но то, что они были знакомы, говорит явно не в пользу господина Богданова. И боюсь, что у него будут большие неприятности с местной полицией.

Ему придется долго объяснять, как именно он оказался в этом вагоне и где был в момент убийства.

– Он поднялся и спустился перед нами, – вспомнила Мадлен.

– Я тоже помню, – кивнул Дронго.

Официантка принесла им бутылку вина и два салата. Она разлила вино в высокие бокалы.

– За вас, – поднял бокал Дронго.

– За нашу встречу, – предложила она.

Бокалы неслышно соприкоснулись.

– Можно, я тоже задам один очень нескромный и личный вопрос? – неожиданно спросил Дронго.

– Можете не спрашивать, – ответила Мадлен, – если вас интересует мое к вам отношение. Более чем дружеское…

– Нет. Я не об этом. Заранее прошу меня извинить за абсолютно хамский вопрос…

– Даже интересно. Задавайте, – предложила она.

– Сколько мужчин было в вашей жизни? – неожиданно спросил Дронго.

Она прикусила губу, выпила еще немного вина, покачала головой.

– Более чем нескромный вопрос. Даже мой отец или муж не позволили бы себе задать подобный вопрос.

– Я заранее извинился.

– Можете не отвечать, если не хотите.

– Могу. Конечно, могу. В семнадцать лет я встретилась с одним датчанином. Мы учились вместе в школе. В девятнадцать я встречалась с немецким аспирантом, с которым мы были несколько месяцев. Потом расстались. В двадцать два я серьезно увлеклась одним французским астрономом. Даже собиралась переехать к нему жить. Отец был в ярости, он требовал порвать с этим опустившимся типом.