Оппоненты Европы

– И насчет официантки неправда, – продолжал Дронго, – дело в том, что я не мог прикрыться этой несчастной девушкой хотя бы потому, что она была ближе к стене, чем я, и пуля случайно угодила ей в бедро.

– Эти подробности уже не так существенны, – заявил Морзоне, – но я поэтому вам и позвонил. Мы можем прямо сейчас сделать гениальное интервью… А уже через полчаса это будет в Интернете, и мое сообщение прочтут миллионы читателей.

– Вы считаете, что ваши репортажи читают миллионы людей?

– Даже не сомневаюсь. Иначе мне не стали бы платить.

В каком номере вы остановились? Если хотите, я прямо сейчас к вам поднимусь?

Дронго взглянул на Мадлен.

– Я собираюсь спать, – твердо сказал он.

– После такого сумасшедшего дня? – не поверил журналист. – Сначала буквально у вас на глазах убивают турецкого дипломата, а потом пытаются застрелить и вас. И вместо вас попадают в несчастную женщину. И вы спокойно заснете. Не испытывая угрызений совести за эту официантку, которая может умереть по вашей вине?

– Послушайте, Морзоне, что я говорю вам в последний раз.

Никто не прятался за спиной официантки. Пуля случайно попала в нее. Если вы посмеете опубликовать подобное сообщение, я подам на вас в суд и выиграю судебный процесс, так как у меня есть свидетели.

– Госпожа Броучек, – не удержался от сарказма Морзоне.

– В любом случае я советую вам подумать. У меня репутация человека, который обычно не прячется за спинами случайных прохожих. Вы можете серьезно финансово пострадать. Подумайте об этом.

Дронго бросил трубку.

– Какая сволочь, – в сердцах произнес он.

– Они уже все знают, – поняла Мадлен.

– И через несколько минут сообщение о нападении на нас появится в Интернете, – сообщил он.

– Тогда мне нужно срочно уйти, – поднялась она, – пожалуйста, отвернитесь. Мой муж и отец будут звонить мне в номер, чтобы меня найти. И если они меня не застанут, то начнут звонить на мои мобильные телефоны. И вообще начнут меня искать.

– Да, – согласился Дронго, – наверное, вы правы.

Он так и сидел спиной к ней, пока она одевалась.

Наконец она произнесла:

– Вы должны меня понять. Я должна быть в своем номере. Мне было очень сложно подняться с вами сюда…

– До свидания. – Она хотела еще что-то сказать, глядя на его спину. Но, подумав немного, повернулась и пошла к выходу. Хлопнула дверь. И он остался сидеть на кровати раздетый и опустошенный. Сегодняшний день оказался слишком длинным и непредсказуемым. Он даже не мог подумать, что день закончится вот таким фарсом.