Оппоненты Европы

Мадлен снова поднялась к себе. Она должна была собрать свой чемодан перед приездом мужа. Он сидел и вспоминал два прошедших дня и те невероятные события, которые произошли с ними за это время. К нему подошел следователь.

– Вам придется подождать, пока мы проверим все отпечатки пальцев, которые были в вашем номере. Там много женских отпечатков. Они принадлежат мадам Броучек?

– Возможно, – ответил Дронго, – вы должны понимать, что я не собираюсь комментировать подобные предположения.

– Кто еще был в вашем номере? – уточнил Кубергер.

– Никто. Мужчин не было. И если там остались отпечатки пальцев мужчины, то они должны принадлежать либо погибшему журналисту, либо тому, кто там его ждал. Надеюсь, что убийца был один.

– Это мы сейчас выясняем, – мрачно сообщил следователь, – но почти наверняка был один. Вы не знаете, почему они так упрямо хотят вас убить? Может, у вас есть хоть какие-то предположения?

– А вы знаете? – устало спросил Дронго.

– Я обычный следователь, господин эксперт, – напомнил Кубергер, – и я понимаю, что здесь происходят абсолютно невероятные события, которые никогда раньше не происходили в этом тихом и сонном городе. И именно после вашего появления сначала в вагоне экспресса, где так некстати убили турецкого дипломата, а потом в этом городе начались все наши неприятности. Про взрыв уже доложили министру внутренних дел, и через три часа сюда приедет его заместитель.

– Солидное подкрепление, – согласился Дронго.

– Мы приняли решение переселить вас в другой отель. Вас слишком опасно оставлять здесь, – пояснил Кубергер, – и очевидно, что мы не можем гарантировать здесь вашу охрану.

– Спасибо за заботу обо мне. Но я предпочитаю остаться именно здесь, – упрямо возразил Дронго.

– Хотите, чтобы вас убили?

– Не хочу. Но и уезжать отсюда глупо. Все события так или иначе связаны с этой конференцией и с гостями, которые на нее прибыли. Кстати, я просил выдать мне оружие. Хотя бы для самообороны. Неужели это так сложно?

– У нас не Америка, господин эксперт, – нахмурился следователь, – и здесь нет свободной торговли оружием. И не Ирак, где оружие есть даже у детей школьного возраста.