Орден Архитекторов 5 (СИ)

 – Не может такого быть! Что это сейчас было?

Я, не отвечая, размахнулся и швырнул в него молот, который снова впечатал его обратно в стену, отчего на пол полетела каменная крошка.

– Не понял, – прищурился я. – Ты что, разговариваешь во время спарринга? Собраннее надо быть. И защищаться до последнего.

– Да я тебя!.. – прохрипел Слон, снова поднимаясь на ноги.

Он активировал свой Дар щитовика на полную мощность, топнул ногами, отчего пыль разлетелась по сторонам, а затем яростно заревел и собрался броситься на меня.

Почему только собрался? Да потому что в следующий момент я активировал свой Дар и обрушил на него стену и потолок, придавив его обломками к полу.

На несколько секунд в зале повисла тишина, нарушаемая лишь звуками падающих камней. Я же с усмешкой наблюдал, как Слон, с помощью своей силы, разбрасывает в стороны обломки и выбирается из-под завала.

– Интересно… – произнёс Буран, с восхищением глядя на меня. – Признаюсь, пожалуй, я теперь тоже хочу попробовать с тобой сразиться.

Скала, который всё это время молча наблюдал за происходящим, усмехнулся.

– Хватит этого фарса, – сказал он. – Давайте сразу все нападайте на Теодора.

– Ты что, серьёзно? – удивился Буран, глядя на него с недоумением.

– Да, серьёзно. Все.

Я усмехнулся. Не хотел сразу открывать все карты, но, похоже, придётся показать им, на что я действительно способен.

И тут началось настоящее месиво!

На меня, не теряя времени, набросились сразу все двенадцать гвардейцев.

Они атаковали со всех сторон, используя разные стили боя.

Буран, активировав свой Дар Воздуха, создал вокруг меня ураганный вихрь, пытаясь сбить меня с ног. Лис, используя свою ловкость и скорость, пытался нанести мне удар кинжалом. Кувалда бросал в меня метательные ножи. Остальные тоже не отставали, каждый проявлял себя, как мог.

Мне пришлось использовать почти все свои возможности, чтобы отражать их атаки. Я создавал ловушки, барьеры, преграды и каменные стены, которые защищали меня от ударов.

Изменял плотность пола под их ногами, превращая его в зыбучие пески, заставляя их спотыкаться и падать. Оружие со стеллажей взмывало в воздух и, словно снаряды, летело в них.

Те гвардейцы, которые уже успели вооружиться и теперь пытались достать меня, вдруг обнаружили, что их мечи и клинки стали тяжёлыми и неповоротливыми, а удары, словно по волшебству, меняли свою траекторию, огибая меня.