Я киваю и отзываю Щелкунчика. Он исчезает в моей душе, пусть там и спит, пока не придётся время проснуться.
— Ты-то как, красавица моя? — поднимаюсь и обнимаю Ларису за талию."
"— Устала, — улыбается она.
— Я тоже устал. Пойдём наружу, надо созвониться с остальными и узнать, как дела, — говорю я, за руку ведя девушку к порталу.
Когда выходим из разлома, сразу же звоню Георгию.
— Всё в порядке, командир. Большую часть Петербурга зачистили от монстров, осталось только заняться окрестностями. Но Багровым Стражам дали отбой — верховный командор сказал, что дальше орден справится сам, — докладывает он.
— Вот и хорошо. Мы и без того много сделали, имеем право отдохнуть. Забери всех наших и возвращайтесь в казарму. Мы тоже скоро будем.
— Есть, — коротко отвечает он.
Положив трубку, я взглядом отыскиваю своих и киваю на портал, мол, айда обратно. Не успеваю сделать и шага, как Герман преграждает мне путь.
— В очередной раз хочу сказать тебе спасибо, Андрей, — с серьёзным видом говорит он.
— Пожалуйста. Был рад помочь.
— Если бы вы не появились, мы бы точно не выстояли. Наши силы были на исходе. Будь уверен, что получишь награду не только от командования, но и от моего отделения и меня лично, — заверяет Радов.
— Перестань, не нужно награды. Лучше приезжай в гости, выпьем тот коньяк, который ты прислал мне на новоселье, — говорю я, хлопнув Германа по плечу.
— С радостью, — улыбается тот и уступает мне дорогу.
Санкт-Петербург. Центральное управление ордена Стражей.
— Ну, что скажете, командоры? — спрашивает Коршунов, пододвигая к Фурину и Радову чашки с кофе.
— Я давно говорил, что Багровые бури становятся всё сильнее. Случившееся было лишь вопросом времени, — хмуро отвечает Герман.
— Да. Но мы справились, — потерев бровь над искусственным глазом, говорит Дмитрий Сергеевич.
— Справились. Только очень дорогой ценой. Это была короткая, но всемирная война с монстрами. Во многих странах такие разрушения, что даже сравнить не с чем. Погибли сотни тысяч гражданских, не говоря уже о военных, полицейских и других стражах порядка.
Наш Орден тоже понёс немалые потери по всей империи, — говорит Фёдор Витальевич и делает глоток кофе, а затем добавляет:
— Если подобное повториться, особенно в ближайшее время, мир может не выстоять. У людей просто не хватит сил, чтобы закрыть все разломы. Разрушения, толпы беженцев, крах экономики… Это может стать концом цивилизации.
— Не сгущайте краски, — качает головой Фурин.
