— Нет, Фёдор Витальевич прав! Мы должны что-то сделать, или следующий раз может стать последним! — решительно говорит Радов. Отодвинув чашку, из которой не сделал ни глотка, он продолжает:
— Послушайте, я уверен, что всё это не просто так. Вы же видели отчёты? Около пятидесяти процентов всех мировых разломов открылось в Российской Империи. Это не просто так.
— Что вы имеете в виду? — спрашивает Коршунов.
— То, о чём я вам уже говорил. Кто-то из высших дворян провоцирует усиление Багровых бурь. Есть свидетельства, что кто-то из влиятельных аристократов покрывает Монстроедов, владеет сетью контрабанды и, возможно, покровительствует магам Хаоса.
Я не понимаю, в чём здесь может быть выгода, но она есть.
— Я согласен с вами, командор, — чуть помедлив, кивает Фёдор Витальевич.
— Спасибо. Но простите, это мало что значит. Нам нужно не просто прийти к согласию, а действовать!
— Верно. Вы провели блестящую операцию в Твери и вывели Кравченко на чистую воду. Я так полагаю, у вас появились новые ниточки, и вы готовы продолжить расследование? — в упор глядя на Радова, спрашивает верховный командор.
— Именно. Имперские спецслужбы готовы мне помочь, у них тоже есть достаточно зацепок, — отвечает Герман.
— Тогда займитесь этим. У вас будут все необходимые ресурсы, только скажите, что вам нужно.
— Благодарю, Фёдор Витальевич.
Дмитрий Сергеевич, сделав глоток кофе, тоже вступает в разговор:
— Я поддерживаю стремление Германа найти виновника, хотя не слишком разделяю эту теорию заговора. Спорить не буду, господа, не подумайте.
Я хочу сказать, что нам стоит заняться этим вопросом и с другой стороны.
— Что вы имеете в виду? — интересуется Коршунов.
— Ночью, когда мы сражались на Дворцовой площади, я видел кое-что. Андрей Зверев, которого мы все хорошо знаем, смог сделать нечто невероятное. Увидев, как открывается очередной разлом, он подбежал к нему и… не дал открыться.
Радов и Коршунов переглядываются, а затем верховный командор переспрашивает:
— Не дал открыться? Как это?
— Вот так.
У Зверева есть уникальные способности, он… умеет контролировать энергию Хаоса, — на миг запнувшись, отвечает Фурин.
— То, что его способности уникальны, для меня не секрет. Но неужели он способен и на такое? — с удивлением уточняет Фёдор Витальевич.
— Да. Я видел это своим глазом, — Дмитрий Сергеевич указывает на обычный глаз, а затем указывает на артефакт. — И этим тоже. Я видел, как он просто высосал энергию Хаоса из того места, где уже начал открываться портал.
