Здесь его и нашла Берта, безуспешно пытавшаяся поговорить хоть с кем-то из присутствующих. Подбежав к парню, она с ходу ухватила его за плечи и, пытаясь встряхнуть, заголосила:
– Ты должен немедленно вмешаться! Иначе они убьют его!
– А что случилось-то? – невозмутимо поинтересовался Алексей.
– Спенсу не понравилась еда, которую нам дали, и он попросту выплюнул кусок на землю, – смущенно пояснила девушка.
– Тупой подонок, – возмущенно выругался Алексей. – Эти люди делятся с нами последним. Вместо того чтобы благодарить, он оскорбляет их.
– Знаю. Но ты должен вмешаться, – продолжала настаивать Берта.
– Зачем? Ради чего я буду ссориться с людьми, которые мне помогают? Ради его тупого снобизма? И не подумаю, – решительно ответил парень.
– Но они убьют его!
– И правильно сделают. Эта сволочь давно у меня в печенках сидит.
Осторожно отодвинув от себя Берту, Алексей решительно зашагал к отведенной ему хижине. Войдя, он, к собственному удивлению, увидел лежащего на циновке Васильева, над которым уже хлопотал Суно.
Повесив автомат над тем местом, где собирался отдыхать, парень присел рядом с профессором и, осторожно пожав протянутую ладонь, спросил:
– Как вы тут, Олег Борисович?
– Нормально, Лешенька. Жив и уже почти здоров. Доктор Суно отлично знает свое дело. Ты не поверишь, но у нас даже нашлись общие знакомые, – радостно сообщил ему Васильев.
– Я всегда говорил, что наш шарик слишком мал для такого количества людей, – усмехнулся в ответ парень, но, заметив сосредоточенное лицо доктора, насторожился.
Пока Суно заканчивал перевязывать ушибленное пулей плечо, Алексей, достав сигарету, вышел из хижины. Дождавшись на улице Суно, он ухватил доктора за локоть и решительно потребовал отчета:
– Что с ним?
– Сильный рана нету. Только царапина. Но у него очень плохой сердце. Малосильный. Ему нельзя много бежать, нести тяжело и много двигайся, – уверенно заявил Суно.
– Это точно? – растерялся Алексей.
– Я быть лучший диагностика на свой курса. Я знать, что сказать, – гордо выпрямившись, ответил доктор.
– Прости, – быстро извинился Алексей. – Просто я привык, что такой диагноз ставят после долгого обследования, а тут вот так, сразу.
Понимающе кивнув, Суно ответил:
– Я не обижаться. Но ты должен запоминать, что я много лет работать вот так, без прибор, без анализ и даже без лекарства. Я много узнать про организм разный человек. Можешь мне верить, я сказать тебе правда. Его сердце совсем малосильный. Он мало остаться жить.
