Рассевшись вокруг лежащего профессора, делегаты смущенно переглянулись и, дружно покосившись на тарелку, где красноречиво валялись обглоданные кости, переглянулись. Не понимая, что могут означать все эти гляделки, Васильев уселся поудобнее и, вздохнув, спросил:
– Чем могу помочь, господа?
– Что задумал ваш помощник, профессор? – решительно спросил сотрудник английской экспедиции.
Васильев с самого начала отметил, что среди пришедшей четверки не было ни одного его подчиненного.
– Вы всерьез считаете, что мне это известно? – иронично усмехнулся Васильев.
– Мы видели, как ваш помощник и тот темнокожий доктор вместе вышли отсюда. Но перед этим они долго что-то обсуждали. Вы просто не могли не слышать их планов, – возразил англичанин."
"– Должен вас разочаровать, друг мой, но я спал; и проснулся буквально двадцать минут назад. Говорили они очень тихо, так что ничем не могу вам помочь. А теперь позвольте и мне спросить. С чего вдруг вы так заволновались? До сих пор его действия не вызывали у вас особых претензий.
– Мы долго обсуждали, что нам делать дальше, но так и не пришли к единому мнению. И все только потому, что не знаем его планов.
– Думаю, вам стоит просто подождать и посмотреть, что будет дальше, – пожал плечами Васильев. – Как говорит мой помощник, спешка для нас злейший враг.
– Мы не можем просто так сидеть и тупо ждать неизвестно чего, – возмутился англичанин. – В конце концов, такое отношение к остальным участникам экспедиции просто неприемлемо. Кем он себя вообразил, этот ваш помощник? Как говорил профессор Спенс, полуграмотный дикарь, не умеющий толком читать, считает, что может помыкать несколькими десятками цивилизованных людей!
Возмущенный англичанин и сам не заметил, как начал повышать голос.
Глядя на него с непонятным выражением лица, Васильев покачал головой и, чуть улыбнувшись, ответил:
– Дикарь? Нет, друг мой. Боюсь, это вы дикари. Снобы и наглые дикари, не видящие дальше своего носа. Я приведу один пример, и в следующий раз, прежде чем швыряться подобными обвинениями, вспомните мои слова.
Это было в Бирме. В 1857 году король Бирмы Миндон приказал построить дворец, целиком из древесины тикового дерева. Якобы на склоне той самой горы Меру, что занимает центральное место в брамино-буддийской космологии. Легенда гласит, что именно сюда некогда совершил путешествие сам Гаутама Будда, чтобы объявить, что ровно через 2400 лет после его смерти, у подножия Мандалайского холма возникнет крупнейший в мире центр буддизма.
