Врать смысла нет, ведь первые вопросы могут оказаться банальной проверкой на вшивость. Этот хрен наверняка всё обо мне знает.
— Как ты оказался в подземной тюрьме? — он пристально смотрит мне в глаза, наблюдая за мимикой.
— Меня похитила Секретная Служба.
— Похитила?
— Они хотели, чтобы я против своей воли работал на Империю. А я отказался. Вот меня и похитили. А затем пытали… — натягиваю маску печали. — Как и Катю… Что с ней? Она в порядке?
Сразу захожу с козырей, интересуясь судьбой девушки. Организаторы побега наверняка связаны с Катей, а, скорее всего, тех хмырей нанял её отец.
Поэтому нужно проявить сочувствие, ведь есть шанс, что девушка не пришла в себя, а меня считают засланным казачком или безбилетником, решившив под шумок свалить из тюрьмы.
— Откуда ты знаешь Её Высочество? — мужик с пистолетом игнорирует мои вопросы.
— Мы друзья и учимся в одной группе.
— Как ты выбрался из камеры?
— Меня повели на демонстрацию способностей. В этот момент ваши наёмники ворвались в здание.
Я воспользовался моментом, освободился от браслета и перестрелял пленителей.
— Николай Алферов? — зачем-то спрашивает он.
— Да, — киваю я и замечаю в его ухе наушник.
Получается, какая-никакая радиосвязь всё-таки в этом мире существует. Такая штука стоит дофига — в этом сомнений нет.
— Этот человек погиб неделю назад. Ты лжёшь, — мужик крепко сжимает пистолет и готовится прицелиться.
Я понимаю, что всё-таки они не пробили меня, возможно, не было времени.
Что ж, это немного усложняет задачу.
— Я же говорю, меня похитили! — повышаю голос. — Они хотели взять меня в натуральное рабство, будто я крепостной! В этом был замешан какой-то важный хрен, которого я убил вместе с остальными. Его ещё по телеку показывали постоянно… Ни то помощник Императора, ни то кто…
Угрюмый мужик меняется в лице: впервые вижу, как он удивляется. Это хороший знак. Нужно продолжать сыпать фактами.
— Судя по разговорам с агентами, меня хотели использовать ради наживы.
Возможно, Император ничего не знает об этих проделках, — тут я выдаю ничем не подкреплённые предложение. — Но это не точно. Я лишь хочу выступить перед общественностью и обелить своё имя. Воскреснуть из мёртвых и похоронить то, что происходило в застенках тюрьмы.
— Что в тебе есть такого, что понадобилось Империи? — после недолгой паузы он задаёт вопрос.
— Я точно не знаю… — перехожу на ложь. — Скорее всего, оружие, которое я могу создать.
