Эта женщина притащила с собой целый ворох обид прошлого, и сейчас они стремительно заполняют собой все свободное пространство. — Я не простил тебя тогда и не прощу сейчас. Я не забуду, Лейла. Никогда. Даже если ты будешь проводить тут каждую ночь.
По глазам вижу, что мои слова ей не по душе. Но мне-то какое дело? По крайней мере в этом я с ней честен, а она снова пытается перетянуть меня на свою сторону правды.
— Было глупо думать, что ты повзрослел! — взрывается Лейла.
А я просто усмехаюсь. Я-то повзрослел, а вот она осталась все той же капризной девчонкой.
Все сломанные игрушки нужно починить — и никаких компромиссов. А я и есть та самая сломанная игрушка, заводной щеночек, который отказывается шагать в нужную сторону.
— Дверь захлопывается, — говорю с безразличной улыбкой ей вслед.
Слышу возню, шум падающих предметов, выкрики о том, что я придурок, баран и осел, а через минуту — громкий хлопок закрывшейся за ней двери.
Спать уже не ложусь: брожу по квартире, навожу порядки после бурного ухода Лейлы.
Я люблю порядок: каждая вещь должна быть на своем месте, а если она по какой-то причине не там, где нужно, педант во мне начинает ворчать.
Делаю повседневные дела на полном автомате: душ, завтрак, кофе в термос, пара яблок в сумку.
И впервые за чертову кучу времени еду на работу на машине. Сегодня даже сама мысль о физическом контакте вызывает боль, а в утренней давке в метро это неизбежно.
Но по пути на работу заезжаю в книжный, потому что сегодня должен был приехать мой экземпляр «Поющих в терновнике».
Теперь уже нет никакого смысла в этой книге, но я должен ее забрать. Приезжаю чуть заранее, поэтому еще пару минут жду, пока придет хозяин и мы вместе заходит внутрь.
— Сейчас-сейчас, — говорит он, на ходу снимая пальто, и скрывается где-то у себя в подсобке.
Я частый гость в этом магазинчике. Люблю бумажные книги, хоть покупаю их не так часто. Видимо, чем-то понравился этому старичку, потому что он разрешает брать некоторые книги просто так, с возвратом.
— Вот, — он протягивает мне мой экземпляр книги, точь-в-точь такой, как и тот, что я оставил для Осени.
Верчу книгу в руках, зачем-то пытаясь представить, о чем думала Осень в тот момент, когда увидела мой подарок. Интересно, понравился ли ей мой выбор? Фэнтези по ее выбору мы уже читали, и я выбрал семейную драму. Которую, кстати говоря, уже когда-то читал.
— Она забрала, — говорит хозяин, почему-то сдабривая слова многозначительной улыбкой.
