Осень патриарха. Советская держава в 1945–1953 годах

Петровского на имя Л.П. Берии, министра культуры П.К. Пономаренко, министра среднего машиностроения В.А. Малышева, нового президента АН СССР А.Н. Несмеянова и академика М.В. Келдыша в Президиум ЦК КПСС, а также обращения студентов физфака в ЦК КПСС была создана комиссия, которая представила свои рекомендации по улучшению подготовки кадров на физфаке МГУ. Одним из зримых результатов работы этой комиссии стало назначение в августе 1954 г. новым деканом физического факультета МГУ профессора В.

С. Фурсова, проработавшего в этой должности ровно 35 лет.

Вместе с тем в самом оргкомитете совещания под чутким руководством А.В. Топчиева был уже подготовлен проект заключительной резолюции, в которой гневно осуждались «всякие оттенки космополитизма», «популяризация концепций зарубежных физиков» и «серьёзные недостатки методологического характера», которые присутствуют в «подавляющем большинство наших учебников и учебных пособий по общей и теоретической физике», в том числе в «Теоретической физике» Л.

Д. Ландау и Е.М. Лифшица, в «Механике» С.Э. Хайкина, в «Атомной физике» Э.В. Шпольского и в «Статистической физике» Я.И. Френкеля.

Однако вскоре вся пагубность и бесполезность намеченного совещания была осознана на самом верху. И тогдашний глава Спецкомитета по атомной энергии Лаврентий Павлович Берия, получив от академиков И.В. Курчатова и Ю.Б. Харитона довольно подробную информацию о ходе подготовки совещания, сразу дал команду прекратить этот «шабаш», который реально грозил непоправимыми последствиями для решения атомной проблемы.

Так сложилось, что ещё в начале XIX века основоположники научной лингвистики, которые в своём учёном багаже стали активно использовать библейскую терминологию, очень скоро обнаружили, что целый ряд вроде бы разных языков, даже очень древних или уже мёртвых, на самом деле довольно близки между собой и по словарному составу, и по корневым основам многих слов, и по грамматическому строю, и по своей фонетике, и по другим параметрам.

В результате этого открытия сложилось представление об отдельных «языковых семьях», то есть языках, произошедших от единого языкового предка, или праязыка. При этом довольно быстро были обозначены и две первые языковые группы, или семьи, — семитская и хамитская, получившие своё название по имени двух старших сыновей Ноя — Сима и Хама.