Осенняя любовь. Уютные истории
- Автор: Ася Лавринович
- Жанр: Легкое чтение, Любовные романы, Современные любовные романы
Онлайн-библиотека книг
Большинство ребят, увлеченные своими беседами, даже не повернулись к нам. Тогда я сдержанно кивнула каждому, кто в ответ назвал свое имя, особо никого не запоминая, и прошла в угол комнаты. Там стояли два кресла, одно из которых на удивление оказалось свободным. Во втором дремала худенькая светловолосая девушка в клетчатом жакете и джинсах скинни. Как она среди такого шума умудрилась уснуть, просто загадка. Я думала, что она крепко спит, но, стоило мне приземлиться в соседнее кресло, как девушка тут же открыла глаза и с недоумением посмотрела на меня.
– Вася, – сказала она.
– Меня зовут Вася. Василиса.
Я заметила на ее руке несколько больших шрамов от порезов.
– Маша, – представилась я в ответ.
– С кем ты пришла, Маша?
Я отыскала Леню взглядом и кивнула в его сторону. Ленечке в этот момент протянули стакан, и он залпом выпил, а затем громко расхохотался. Странная девушка в соседнем кресле поселила во мне чувство тревоги. Возможно, дело было в ранах на ее руках.
– О-о-о, – протянула Вася и тоже рассмеялась. Смех у нее был немного жутким, или это я уже успела накрутить себя, а смеялась Василиса вполне обычно.
– Что такое? – нахмурилась я.
– Ну… удачи! – Вася внезапно взяла меня за ладонь. Руки у нее оказались ледяными. – Будем надеяться, что он не доведет тебя, как свою предыдущую девушку Олю.
– Ты о чем? – отозвалась я нервно. Этот разговор мне не нравился все больше.
– Да-да, до аварии, – снова жутковато рассмеялась Вася. – Я бы с таким парнем под машину бросилась.
– Ольга была моей подругой, – сказала она. – А этот маньяк из нее все соки выпил. На пару со своей чокнутой мамашей. У него, кстати, сумасшествие, от мамы передалось.
– Какое еще сумасшествие? – Я чувствовала себя полной дурой.
Вася в третий раз рассмеялась. И только сейчас я поняла, что она сильно пьяна, а может, вообще под чем-то.
– Ты не смотри, что Леню здесь в десны лобызают.
Я покачала головой. Леня мне ничего не рассказывал. И в первую очередь о своем сумасшествии.