Ошибка «2012». Мизер вчерную

Аквамариновое, пахнущее солью, как морская волна…

Что-то мягкое обняло Тамару Павловну, унесло прочь все мысли и принялось, словно в далёком детстве, баюкать: и раз, и два, и три, и четыре… Ни белого, ни чёрного, ни тревог, ни волнений…

Мастер гаданий и Чёрная Мамба

В номере Мастера стояла тишина. Источая сизый дым, курилась в чашечках благовонная смола, тускло мерцали свечи, воздух был напоён филигранно подобранными ароматами, помогавшими тетивой натягивать все струны души.

Стал бы или нет смеяться пещёрский люд, нам доподлинно не известно, мы знаем только, что самому Мастеру было отнюдь не до шуток.

Результат гадания выглядел удручающе. Трижды выпал иссиня-чёрный знак чень. Он символизировал безжалостного дракона, вылезающего из водной стихии.

На улице омерзительно проскрипели тормоза, захлопали двери, на гостиничной лестнице раздались носорожьи шаги каких-то людей, понятия не имевших о правильном балансе телесного и духовного. А потом за фанерно-штукатурной стеной зазвучал женский голос.

Неизвестная дама взывала к мировой справедливости на американском варианте английского языка.

При этом она употребляла такие филологические изыски, что Мастер, к своей досаде, сперва утратил сосредоточение, потом натурально заслушался, а в итоге… в итоге забрезжило узнавание.

«О Пращуры… — тряхнул головой Мастер. — Откуда здесь взяться этой гарлемской стерве? Этой чёрной корове с ядовитым жалом змеи?..»

«Нет, похоже, мне всё-таки не мерещится», — сделал вывод Мастер. Поднялся, вышел в коридор и постучал в соседнюю дверь:

Старинная китайская хитрость не подвела.

Ругательства стихли, послышались тяжёлые шаги, и дверь распахнулась. На пороге стояла плотная негритянка. Да не какая-нибудь разбавленная чередой смешанных поколений, а исконно эбеново-чёрная, причём сложённая и двигавшаяся так, что футболка и джинсы казались на её фигуре полностью чужеродными. Ей бы набедренную повязку, браслеты, бусы, яркий тюрбан…

Толстые губы раздвинулись, обнажая острые белоснежные зубы, даже издали не видевшие орудий дантиста.

То ли скалилась, то ли веселилась, то ли просто собралась кого-то съесть… Поди разбери!

— Это столь же верно, как и то, что передо мной стоит Чёрная Мамба, — слегка поклонился Мастер. — Старая добрая Чёрная Мамба, крепко держащая за глотку свой Гарлем.

Между ними не водилось особой любви, но не возникало и ревности. Большое Яблоко в самом деле большое — всем места хватит.

— Значит, Жёлтый Тигр устал охотиться в Чайна-тауне? — усмехнулась негритянка.