Ошибка «2012». Мизер вчерную

Как говорят люди нынешней эпохи, позвольте перейти от того, что всем очевидно, к тому, что многим покажется невероятным… Люди победили и прогнали пришельцев, но те сумели оставить на Земле пятую колонну: настоящих Змеев, также называемых Первородными, и полукровок, появившихся от осквернения земных женщин. А ещё они оставили семя дракона — особую тонкоматериальную субстанцию, способную внедряться в души людей. Тот, кто оскудел и поддался заразе, начинает думать, как дракон, видеть, как дракон, чувствовать, как дракон.

Он питает ко всему земному ненависть и омерзение. Это началось очень, очень давно… — Рубен вздохнул. — И с той поры репты весьма преуспели. Они переписали историю, пустили под откос науку, извратили религию и нравственные законы. А главное, они всех заставили думать, что люди суть просто пешки в Великой Вселенской Игре. Что нет ни магии, ни творения, ни Вечного Перехода — лишь законы эволюции, ведущие неизвестно куда. Более того, — Рубен сжал кулак, — обнаглевшие репты взяли на себя роль Хозяина этой Игры. Счастье ваше, товарищи Корректоры, что вы теперь Бывшие. Счастье ваше, что нашли в себе Силу…

— Ого, вот это поворот! — опять раздался женский голос. — Уж не хочешь ли ты сказать, Князь, что и мы в своё время плясали под дудку этих тварей? Я правильно тебя понимаю?

— Иуда! Падло батистовое! — чёртом подскочил со стула серый от ярости негр, сузившиеся глаза метали молнии. — Стукача на перо!

«Дадевету!.. Ну до чего на Мгави похож! Не иначе, его братишка-близнец…» — сообразила Мамба.

Жёлтый Тигр зевнул, ему было неинтересно.

Из первого ряда раздались голоса:

— Правильно, Снежок, кончать гада! Рыба гниёт с головы!

Это дружно кричали хрипатые Гавря и Геныч.

— Давайте пока обойдёмся без эпитетов и оценок, — мрачно покачал головой Рубен. — Полежите-ка сами на раскалённой плите… Тем не менее перед вами предатель. Поначалу — вынужденный, но затем… Я думаю, для начала надо выслушать, что он скажет. А ну-ка, говори всё, что раньше рассказал мне.

 — И он глянул исподлобья на прикованного незримыми цепями Туза. — Повелеваю, говори!

— Ох… Кх… — Тот зашевелился, глухо замычал и судорожно дёрнул горлом, словно оттуда только что вытащили глубоко забитый кляп. — Слушаю и повинуюсь, господин. Говорю… Змеям больше не нужны Бывшие. Им больше не нужна чужая Игра. Мне велели… Я отравил шампанское, приготовленное для сегодняшнего банкета. Советское полусладкое.