Ошибка леди Эвелин

Лестница, ведущая в подвал, тихим стуком отсчитывала пройденные магом ступени, темный камень стен чуть слышно жаловался на холод, а низкие своды безмолвно нависали над нашими головами и угрюмо провожали глазницами аров серую дорожку подземного коридора.

Торбен жил здесь, внизу, в самом основании Бронена.

– Эрсо, – открыв дверь каморки лукара, тихо пробормотал Каллеман, и в комнате вспыхнул свет. Он разом обнажил голые некрашеные стены, маленькое окно под самым потолком, небольшой стол со стулом и длинную кровать, на которой, подслеповато щурясь, лежал Торбен.

– Ваше сиятельство, – разглядев хозяина, попробовал подняться он.

– Не вставай, – остановил его маг и, наклонившись, ощупал затянутую в лубки конечность.

– Простите, милорд, сам не знаю, как так вышло, – оправдывался старик, и его круглое коричневое лицо выглядело растерянным и трогательно беззащитным. – Споткнулся и вот…

Он не договорил, снова попытавшись приподняться, но Каллеман с удивительной мягкостью остановил этот порыв и сказал:

– Полежи пару дней, старина.

– Спасибо, милорд, вы так добры. Я уверен, что уже завтра смогу вернуться к своим обязанностям.

– Не торопись, – велел Каллеман и, наклонившись, что-то тихо прошептал старику, отчего на лице лукара появилась радостная улыбка.

Я уже успела заметить, что Торбен всегда улыбался светло и радостно, от души. Хотя, еще вопрос: есть ли у него душа? Но, тем не менее, красно-коричневая глина передавала все эмоции лукара так отчетливо, что не возникало и тени сомнений в том, что внутри у него бьется настоящее доброе сердце.

– Поправляйся, Торбен, – в интонациях Каллемана прозвучала едва заметная грусть. Она сквозила в тихих словах прохладным ветром, придавая голосу мага непривычную окраску – мягкую, почти отеческую, и я поймала себя на мысли, что Каллеман вовсе не такой страшный, каким представляется. И, возможно, в глубине души он совсем неплохой человек. А что? Мне помог, к слугам хорошо относится, в отличие от большинства высших.

Когда мы с Каллеманом вышли из комнаты, я рискнула снова предложить ему ужин. Сама я уже успела поесть молока с хлебом, а вот маг, наверняка, голодный. Как ни странно, на сей раз муж не стал отказываться. Ничего не отвечая, он пару минут смотрел мне в глаза, а потом сказал:

– Что ж, несите.

И молча пошел к лестнице. А я развернулась и кинулась на кухню.