Ошибка президента

Он знал Александру Ивановну далеко не первый год и хорошо понимал, что значат такая сухая речь и озабоченный вид.

По-видимому, случилось что-то беспрецедентное.

– Что-то с дядей, с Григорием Ивановичем? – встревоженно спросил Турецкий, – Его нашли? Слава успел мне сказать, Что он пропал.

– Ничего не знаю, – недовольно ответила Романова.– А Грязнов мог бы попридержать язык за зубами. Болтает направо и налево…

Турецкий вспомнил про Славу Грязнова. Как он не хотел впутывать дядю в это рискованное дело! А если бы это был близкий родственник самого Турецкого? Можно понять человека.

– Я ему крикнул, чтобы он уходил к лесу. Может быть, он вышел на другую дорогу, да мало ли… А водитель? – спросил Турецкий.

– Водитель погиб, – ответила Шура, – прошили автоматной очередью. Несколько раненых, ты в том числе. Два милиционера из отряда Грязнова в очень тяжелом состоянии.

– Ну а что Президент собирается предпринимать? – спросил Турецкий, – Теперь надо основательно почистить спецохрану.

– Ну это вопрос не ко мне, – уклончиво сказала Романова. Она посмотрела на часы. – Пора. Я и так едва выкроила время. А тут еще вся эта свистопляска. Курс доллара чего– то прыгнул.

– Курс доллара? – по инерции переспросил Турецкий, которого это сейчас интересовало меньше всего. – Тебе-то что, Шура? У нас с тобой долларов нет и никогда не будет.

– Да, чего-то шумят все. Ну не буду пока распространяться, сама ничего не понимаю, а тут еще этот труп… – сказала Шура.

Турецкий проводил начальницу МУРа взглядом. За многие годы, которые он знал Александру Ивановну Романову, он так и не уставал поражаться ей.

Когда дверь за Романовой закрылась, Саша откинулся на подушках. Мысли в голове бешено крутились, наскакивая друг на друга. Григорий Иванович пропал, Купавин убит… Но зато Президент в Кремле – живой и невредимый, а самое главное – к нему, к Турецкому, приходила Татьяна… Таня… Вот что действительно главное, а не всякие глупости вроде курса доллара.

И она придет еще, в этом Турецкий был уверен.

Некоторое время он лежал неподвижно. Затем услышал, как дверь тихо скрипнула и раздались легкие шаги, явно принадлежавшие женщине. В надежде, что это вернулась Таня, Турецкий повернулся и посмотрел на вошедшую. Это оказалась медсестра, которую он еще не видел, – тоненькая девочка с большими черными глазами.

– Вам еще передачу принесли, – сказала она. – Но скоро обед.