Ошибка президента

– Спасибо…

Он мог бы поклясться, что ни разу не ударялся головой, но факт оставался фактом – с разбитого лба по лицу текла кровь. Он вспомнил о Саруханове и поспешно поднялся.

Когда он подбежал к Сергею, тот застонал и повернул голову.

– Держись, – сказал Турецкий, осознавая, что весь бой длился мгновения. – Сейчас «скорую» вызовем.

Мужчина вынул из рюкзака тонкий шнур и деловито вязал первого, не забыв охватить петлей изувеченную ступню. Боевик дергался и хрипел от боли. Саруханов прижал вялую руку к тому месту, куда попал нож.

Турецкий видел, что под телом Сергея расползалась густая темная лужа. Быстро и осторожно он стащил с него куртку и, разорвав рубашку, попытался крепко перетянуть грудь – удар пришелся под ребра.

– Что ж ты, дурак, выходишь, ведь предупреждали!..– приговаривал Турецкий, торопливо накладывая повязку. – Да и времечко выбрал!

– Она, – одними губами выдавил Саруханов.

Турецкий вмиг понял, о ком шла речь…

– Сука!.. – взвыл он. – Значит, и тебя вокруг пальца обвела!.

– Она видела фоторобот, – сказал Саруханов и потерял сознание.

Саша завертел головой, ища глазами «туриста», но того нигде не было видно. Не было и красного рюкзака.

– Гражданка Бурмеева, вы арестованы.

Собственно, Татьяна не слишком удивилась, когда час спустя открыла дверь и увидела на пороге двух милиционеров, а с ними следователя Сашу Турецкого, не поразила ее и услышанная фраза.

Долгое утро все еще никак не кончалось. На Татьяне был тот же брючный шелковый костюм, который она надела, выходя из дома вместе с Сергеем.

– Что такое, Танюша? – спросила она, удивленно глядя на людей в милицейской форме и все еще не понимая, как они оказались в прихожей.

– Сергей решил выйти, на него напали. Он в больнице. Я была с ним. Меня везут на допрос, – очень кратко изложила Татьяна суть дела, опустив лишь ту деталь, что сама она арестована.

– Как же так! Сережа! – всплеснула руками Корина. – Ему же нельзя было выходить.

– Устал сидеть дома, – пожала плечами Татьяна.

– А они его караулили, подлецы! – воскликнула Корина и, обратившись к Турецкому, с которым она разговаривала всего несколько часов назад, спросила: – Как он? Куда его увезли?

– В Склиф, – ответил Турецкий, – положение тяжелое. Очень большая потеря крови.

– Мерзавцы! – Корина погрозила кулаком в пространство.